История Античной литературы



литература греции · литература рима · исследовательская литература
список авторов · список произведений

Печатается по книге:
Чистякова Н.А., Вулих Н.В., "История Античной литературы" - Л: ЛГУ, 1963

СОДЕРЖАНИЕ

ГРЕЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

(Н.А. Чистякова)

Введение
Раздел I. Архаический период греческой литературы
Долитературный период
Гомеровский эпос
Содержание "Илиады"
Содержание "Одиссеи"
Время и место создания Гомеровских поэм
Язык и стиль Гомеровских поэм
Боги и герои поэм
Гомеровский вопрос
Послегомеровский эпос
Гесиод
Лирическая поэзия
Общая характеристика
Архилох и ямбическая поэзия
Элегическая поэзия
Эпиграмма
Мелическая поэзия
Хоровая поэзия
Раздел II. Аттический период греческой литературы
Драма
Происхождение отдельных видов драмы. Драматические зрелища
Античный театр
Творчество Эсхила - "отца трагедии"
Софокл. Расцвет греческой трагедии
Творчество Еврипида
Древняя аттическая комедия
Аристофан
Греческая классическая проза V-IV вв. до н.э.
Общая характеристика
Историография
Философия
Красноречие
Раздел III. Эллинистическая литература
Общая характеристика
Новоаттическая комедия и Менандр
Эллинистическая поэзия
Эллинистическая проза
Раздел IV. Греческая литература периода Римского владычества
Общая характеристика
Плутарх
Вторая софистика. Лукиан
Роман

РИМСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

(Н.В. Вулих)

Введение
Раздел I. Римская литература эпохи Республики
Долитературный период. Римский фольклор
Ранняя Римская литература
Римский театр
Тит Макций Плавт
Квинт Энний
Комедии Теренция
Тогата и ателлана
Марк Поркий Катон
Сатира Лукилия
Литература периода распада полиса
Поэзия Катулла
Лукреций
Цицерон и римская проза республиканского периода
Раздел II. Римская литература эпохи Империи
Литература периода принципата
Вергилий
Гораций
Римская элегия: Тибулл, Проперций, Овидий, Тит Ливий
Литература I и начала II в. н.э.
Литература поздней империи
Литература II в. н.э.
Литература III-IV в. н.э.
Важнейшие пособия и переводы

ВВЕДЕНИЕ

Античная литература представляет собой первую и древнейшую литературу Европы. На ее основе и под ее непосредственным влиянием складывалась вся европейская литература, воспринявшая культурное наследие античного мира и неоднократно возвращавшаяся к нему в различные периоды своей истории.

Термин "античный" образован от латинского прилагательного antiquus, то есть "древний". Этот термин возник в средние века и применялся в книжном языке для обозначения всего того, что относилось к быту или культуре предшествующего периода.

В конце прошлого века К. Маркс и Ф. Энгельс выделили греко-римское рабовладельческое общество среди других рабовладельческих обществ как особую ступень в истории развития человечества. С этого времени термин "античный" и все его производные стали употребляться только в применении к греко-римскому рабовладельческому обществу.

Наука XIX и XX вв. много сделала для изучения античной цивилизации. Рабовладельческое общество представляло собой первое классовое общество. "Только рабство сделало возможным в более крупном масштабе разделение труда между земледелием и промышленностью и таким путем создало условия для расцвета культуры древнего мира - для греческой культуры. Без рабства не было бы греческого государства, греческого искусства и греческой науки; без рабства не было бы и Римской империи. А без того фундамента, который был заложен Грецией и Римом, не было бы и современной Европы. Нам никогда не следовало бы забывать, что все наше экономическое, политическое и интеллектуальное развитие имеет своей предпосылкой такой строй, в котором рабство было в той же мере необходимо, в какой и общепризнано. В этом смысле мы вправе сказать: без античного рабства не было бы и современного социализма".1

Античное рабовладельческое общество образовалось в процессе распада доклассового первобытнородового строя. Эпоха его развития и расцвета уступила место периоду упадка, а затем на смену рабовладельческому строю пришел феодальный.

Античная цивилизация послужила основой всей европейской цивилизации, но ошибочно было бы считать античное общество и его культуру полностью обособленными от прочих древних культур.

Еще в прошлом веке историю греческой цивилизации начинали с VIII-VII вв. до н.э. За последние десятилетия чрезвычайно пополнились наши сведения о тех цивилизациях, которые существовали в бассейне Средиземного моря, древнейшей колыбели человечества. В III тысячелетии до н.э. на территории будущей Греции в бассейне Эгейского моря уже развилась та культура, которая оказала влияние на художественное творчество античной Греции разных периодов. Хотя изучение доантичной Греции началось сравнительно недавно, оно достигло значительных успехов и помогло разрешить немало сложных вопросов, связанных со своеобразием греческого искусства и литературы. В дальнейшем обращение к античности всегда определялось конкретными историческими условиями и, как правило, происходило в разных странах накануне великих социальных потрясений. "На почве Греции и Рима выросло новейшее человечество. Без них средние века ничего не сделали бы. Я понял и французскую революцию и ее римскую помпу, над которой прежде смеялся... обаятелен мир древности. В его жизни зерно всего великого, благородного, доблестного, потому что основа его жизни - гордость личности, неприкосновенность человеческого достоинства", - писал В. Г. Белинский.2

То огромное влияние, которое оказала на всю культурную историю человечества античная и в первую очередь греческая цивилизация, объясняется прежде всего тем, что впервые в Древней Греции человек осознал величие и мощь своего разума и направил его на борьбу с природой, сознательно использовав силы природы на благо человечества. "Невежество - тяжкое бремя" - этот характерный для греков афоризм первым высказал основоположник греческой материалистической философии Фалес, живший на рубеже VII-VI вв. до н.э. А в V в. до н.э. величайший греческий драматург Софокл провозгласил:

Много есть чудес на свете,
Человек - их всех чудесней!
3

Преклонение перед человеком и восхищение им, совершенным по своему облику, освещенным изнутри огнем творческой мысли, поражает нас и поныне в лучших творениях античного искусства и литературы, являясь гарантией их бессмертия. Отсюда постоянное стремление к подражанию им или их воспроизведению, отсюда сила их эстетического воздействия.

Но Древняя Греция сумела не только открыть человека в его двух основных аспектах, как члена общества и индивидуума, но обстоятельно и подробно рассказать все, что знала о человеке, показать в нем своего современника и в то же время представителя всего человеческого рода с его достоинствами и недостатками.

Памятники античной литературы в равной степени привлекают к себе историка, изучающего жизнь античного общества, литературоведа, раскрывающего тайны создания художественного образа, интересующегося истоками литературного творчества, наконец, просто любознательного читателя. "Однако трудность заключается не в том, чтобы понять, что греческое искусство и эпос связаны с известными формами общественного развития. Трудность состоит в том, что они еще продолжают доставлять нам художественное наслаждение и в известном отношении служить нормой и недосягаемым образцом".4

Всякому, посвятившему себя изучению гуманитарных наук, неизбежно приходится обращаться к Древней Греции вне зависимости от области его интересов.

Наука о слове, его видах и значении впервые возникла в Греции в V в. до н.э. Слово "грамматика" происходит от греческого "учение о письме". Первая литературная полемика и зачатки литературной критики встречаются в VII в. до н.э. у поэта Гесиода, который противопоставляет изображение жизненной правды вымыслу и фантазии. Комедиограф Аристофан в конце V в. в комедии "Лягушки" утверждает, что поэтов нужно почитать

За правдивые речи, за добрый совет и за то,
что разумней и лучше
Они делают граждан родимой земли.
5

В середине V в. в Греции появляется историография как исследование прошлого в интересах настоящего и будущего. Исторические сочинения греков были художественными произведениями, предназначенными для самой широкой аудитории.

В VII в. до н.э. в Греции возникают первые философские учения. Первые философы стремились понять и объяснить окружающий их мир, разыскивая единое материальное начало всего существующего. В их трудах, носивших обычно общее название "О природе", сконцентрированы в нерасчлененном виде все знания того времени. "Всеобщая связь явлений природы не доказывается в подробностях: она является для греков результатом непосредственного созерцания... Это одна из причин, заставляющих нас все снова и снова возвращаться в философии, как и во многих других областях, к достижениям того маленького народа, универсальная одаренность и деятельность которого обеспечили ему в истории развития человечества место, на какое не может претендовать ни один другой народ. Другой же причиной является то, что в многообразных формах греческой философии уже имеются в зародыше, в процессе возникновения, почти все позднейшие типы мировоззрений. Поэтому и теоретическое естествознание, если оно хочет проследить историю возникновения и развития своих теперешних общих положений, вынуждено возвращаться к грекам".6 Греческой философии была посвящена первая юношеская работа Маркса. В трудах В. И. Ленина постоянно встречаются ссылки на греческую философию, а ее актуальность подтверждается словами Ленина: "Могла ли устареть за две тысячи лет развития философии борьба идеализма и материализма? Тенденций или линий Платона и Демокрита в философии? Борьба религии и науки? Отрицания объективной истины и признания ее? Борьба сторонников сверхчувственного знания с противниками его?"7 "Новейшая философия так же партийна, как и две тысячи лет тому назад".8

Древняя Греция известна как родина ораторского искусства и риторики, то есть науки о красноречии. Причем красноречие и риторика неразрывно связаны с политической и социальной историей античного мира. Они возникли и развились в обстановке многолюдных народных собраний, а с падением политической независимости Греции утратили связь с жизнью и стали интересовать лишь избранных ценителей. Греки считали ораторов, как и поэтов, избранниками Муз и говорили, что Музы "проливают на уста своих любимцев сладкую росу и тогда из уст льются сладостные речи".9

В начале III в. до н.э. в городе Александрии в Египте, одной из столиц греческого мира того времени, родилась филология как наука о слове, о текстах и о великих писателях прошлого. Первые греческие филологи проделали огромную работу по отбору, анализу и подготовке текстов лучших памятников греческой литературы. В Александрии была создана также величайшая в античном мире библиотека, включившая все наследие греческой мысли, представленное 500 тысячами свитков. Александрийские филологи подготовили первые каталоги и словари, распределили по жанрам всю литературу и, выделив лучших представителей в каждом жанре, составили каноны, то есть списки образцовых писателей, признанных ими классиками.

Почти все литературные жанры Нового времени возникли и оформились в античности, сохранив греческие или латинские наименования - эпос, лирика, элегия, ямбическая поэзия, ода, гимн, драма, трагедия, комедия, мим, эпиграмма, идиллия, сатира и так далее. Наряду с теми жанрами, которые мы теперь относим к области художественной литературы, греки причисляли к ней исторические и философские сочинения, речи ораторов, медицинские трактаты, письма и другие "ученые" жанры.

Исследователь античной литературы может проследить рождение и становление литературных жанров, установить их непосредственную связь с народным творчеством, явившимся их материнским лоном, представить многовековую историю развития этих жанров.

Однако греческая литература сохранилась до нашего времени очень плохо. Из наследия многих выдающихся писателей дошло менее десятой части, от других не сохранилось ни одного полного произведения, и, наконец, третьи известны только по заглавиям своих сочинений. Причины этого явления самые различные. Многие памятники греческой литературы пропали в средневековых монастырях, где переписывались лишь те тексты, которые входили в систему монастырского образования. Часть рукописей погибла во время захвата турками Константинополя в 1453 г. Пропадали рукописи и впоследствии при аналогичных обстоятельствах: многие рукописи античных авторов после падения Константинополя были вывезены в Италию; часть из них потом попала в Москву (после женитьбы Ивана III на греческой царевне) и составила основу библиотеки московских царей, впоследствии бесследно пропавшей. Немалую роль сыграла случайность. Среди имеющихся рукописей нет ни одной авторской (исключение составляет одна рукопись II в. н.э.). Большинство греческих рукописей античных авторов относится к X-XI вв. Их переписывали в Византии с более ранних списков, до наших дней не сохранившихся. Дошедшие до нас рукописи написаны на пергамене, то есть на специально выделанной коже, секрет обработки которой был открыт во II в. до н.э. в малоазийском городе Пергаме. Пергамену, как писчему материалу, предшествовал папирус, изготовлявшийся из африканского водного растения и являвшийся основным предметом экспорта Египта. Папирусные и пергаменные рукописи имели форму свитков, достигавших до десяти метров в длину. Но обычно свитки не были длинными. Большие произведения писались на нескольких свитках, каждый из которых составлял книгу (современную главу). Книги современной формы возникли не ранее II в. н.э. Кроме средневековых рукописей, которые являются основным источником для знакомства с памятниками греческой литературы, существуют также фрагменты, то есть отрывки из сочинений греческих и римских писателей. К фрагментам античных авторов относятся также цитаты из их произведений и ссылки на них в сочинениях позднейших авторов. Кроме того, некоторые произведения, не сохранившиеся до наших дней, восстанавливаются по переделкам римских авторов.

Греческая литература имеет пространные хронологические рамки. Ее первые памятники уводят нас за рубеж I тысячелетия до н.э., а последние произведения датируются первыми веками нашей эры. Поэтому чрезвычайно сложна периодизация греческой литературы.

Предлагаемая здесь периодизация условна, но она необходима для четкого расположения и разграничения материала и связана с основными этапами греческой истории:

1. Архаический период греческой литературы, который заканчивается в конце VI в. до н.э. возникновением греческого рабовладельческого государства.

2. Аттический период - время наивысшего внутреннего расцвета и наступающего кризиса рабовладельческого города - государства (полиса) V-IV вв. до н.э.

3. Эллинистический период, заканчивающийся во второй половине I в. до н.э.

4. Период римского владычества - до III-IV вв. н.э.

РАЗДЕЛ I. АРХАИЧЕСКИЙ ПЕРИОД ГРЕЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

ДОЛИТЕРАТУРНЫЙ ПЕРИОД

Древнейшими литературными памятниками античной Греции и первыми памятниками европейской литературы являются две эпические поэмы - "Илиада" и "Одиссея". Их автором называли слепого поэта Гомера, которого греки считали родоначальником всех поэтов, избранником богов и учеником Муз, богинь поэзии и искусства. "До Гомера мы не можем назвать ничьей поэмы подобного рода, - писал знаменитый греческий ученый Аристотель, - хотя, конечно, поэтов было много".10 В греческих мифах рассказывалось о многочисленных предшественниках Гомера. Так, поэт Орфей заставлял деревья и скалы сдвигаться с мест и устремляться вперед на звуки его песен. Поэт Фамирид дерзнул вступить в состязание с самими Музами, победил их, но в наказание был ослеплен ими, так как боги не терпят превосходства человека над собой. К Орфею и Фамириду присоединяли имена Мусея, Лина и других поэтов-певцов, но никто не мог назвать их песен. Поэтому первым поэтом греков, одного из древнейших народов Европы, создателя величайшей античной культуры, продолжал неизменно считаться Гомер.

Но "Илиада" и "Одиссея" сохранили следы устной народной поэзии, предшественницы литературного творчества, не нашедшей у греков письменной фиксации и воссоздаваемой на ее древнейших этапах лишь ретроспективно.

Бесхитростная песня, исполняемая под аккомпанемент простого струнного инструмента и сопровождаемая ритмическими движениями, была неизменной спутницей человека, начиная с древнейших времен. Виды таких песен очень разнообразны и связаны с основными процессами человеческой жизни, из которых важнейшим всегда был труд.

В "Илиаде" рассказывается о том, как юноши и девушки собирают плоды, а, развлекая работающих,

... отрок прекрасный на звонкорокочущей лире
Сладко перстами бряцал, припевая прекрасно под струны
Голосом нежным ...

(Ил, кн XVIII, ст. 570-572)

Выгоняя стада, поют пастухи, в такт движения веретена поют женщины. Все эти песни - трудовые.

Песни поют на свадьбах, с песнями бросаются воины на врагов, в песнях славят одержанную победу. Над умершими поют трены - песни-плачи. С песнями обращаются к богам и так далее. Таким образом, в гомеровских поэмах постоянны упоминания о песнях различного характера.

Вначале такие песни исполнялись коллективно либо кем-нибудь из представителей рода. Сочинение и исполнение песни еще не требовало профессиональных навыков и было доступно кaждому. О певцах-профессионалах впервые рассказывается в "Одиссее", возникшей несколько позднее "Илиады". Два таких певца - Демодок и Фемий - становятся действующими лицами поэмы. "Илиада" и "Одиссея" помогают восстановить содержание не дошедших до нас древних песен. Их сюжеты обычно заимствованы из мифологических сказаний о подвигах богов и героев. По словам Маркса, эти сказания составляли "не только арсенал греческого искусства, но и его почву".11

Импровизаторы-исполнители героических песен о подвигах богов и героев назывались аэдами. На праздниках и на пирах аэд был самым желанным гостем, а его песни, исполняемые под аккомпанемент лиры, передавались из поколения в поколение. Тему песни аэд выбирал сам или получал от слушателей. В "Одиссее" слепой аэд Демодок развлекает пирующих шутливой песней о любовном свидании богини Афродиты и бога Ареса. Бог Гефест, супруг Афродиты, подстерег влюбленных и накинул на них золотую сеть. Затем он пригласил всех богов посмеяться над незадачливыми любовниками, запутавшимися в тончайшей сетке (отсюда пошло выражение "гомерический хохот"). Величественна и скорбна другая песнь Демодока, в которой поется о взятии неприступной крепости Трои. Слушая эту песню, присутствующие плачут, потрясенные ужасами событий.

Странствующий аэд почитался в народе как мудрец и чародей. Его искусство считалось даром богов, наделивших своего избранника также даром пророчеств.

Всем на обильной земле обитающим людям любезны,
Всеми высоко честимы певцы; их сама научила
Пению Муза, ей мило певцов благородное племя.

(Од., кн. VIII, ст. 479-481)

Мифы о подвигах богов и героев объединялись в целые циклы мифических преданий, которые греки считали своей реальной историей. По представлениям греков, всем миром управляют боги. "Тучегонитель" и "громовержец" Зевс - верховный бог, "отец богов и людей". Его брат - бог моря Посейдон. Другой брат - правитель подземного царства, властелин страны мертвых Аид. Зевс обитает вместе со своей супругой Герой и остальными богами на горной вершине Олимпа. Бог огня Гефест и бог войны Арес - дети Зевса и Геры. Дочерью Зевса, рожденной из головы отца, была Афина - богиня мудрости и ремесел. Зевс не был верным супругом и имел немало детей от других богинь. Среди них наибольшей славой пользовались боги-близнецы Аполлон и Артемида. Первый - бог сверкающего и палящего солнца, покровитель искусства, вторая - богиня луны и охоты. Из морской пены возле острова Кипра родилась, по преданию, Афродита (Киприда), богиня любви и красоты. Вестником олимпийских богов, покровителем пастухов, путников и торговцев был Гермес, сын Зевса и нимфы Майи (низшее божество природы). От союза Зевса и смертной женщины родился Дионис, бог растительности, виноградарства и виноделия. В гомеровских поэмах Диониса еще нет среди олимпийских богов, так как в традиционной греческой мифологии он появился много позднее из-за своего "полуземного" происхождения. Боги и богини имели возлюбленных среди смертных людей, а дети, рожденные от таких союзов, превосходили остальных людей силой и отвагой. Греки называли их героями и почитали как своих родоначальников и покровителей. В отличие от богов герои были смертны, бессмертной оставалась лишь их великая слава.

Представления о богах и героях возникли в те отдаленные времена, когда человек одушевлял всю природу. Явления окружающей действительности и основные процессы человеческой жизни были еще непонятны людям. Поэтому древний человек стремился прежде всего установить какие-то закономерности и связи между собой и окружающим миром. По словам Маркса, в греческой мифологии нашли отражение "природа и сами общественные формы, уже переработанные бессознательно-художественным образом народной фантазией".12 В мифах люди стремились раскрыть явления природы, объяснить загадку жизни и смерти и происхождение различных общественных установлений и обычаев. С возникновением социального неравенства отношения людей были перенесены в мир богов и героев. О своеобразном отношении греков к своим богам и героям хорошо сказал поэт V в. до н.э. Пиндар. "Поколение богов и поколение людей - одно и то же". В мифах отразились также самые различные события истории человечества - открытие огня и полезных ископаемых, изобретение ремесел, первые морские путешествия, мечты о воздушных полетах и так далее. Многие мифы возникли на основе различных реальных событий, причудливо разукрашенных народной фантазией. На определенной ступени развития человеческого общества мифология была единственной формой идеологии, поэтому у различных народов можно найти сходные мифы. Однако лишь греческая мифология сделалась "почвой" и "арсеналом" литературы, искусства и науки. Поэтому она оказала огромное влияние на культурное развитие европейских народов.

Аэды, хранители и создатели героических песен о славных деяниях прошлого, все время изменяли и расширяли свой репертуар, так как слушатели требовали от них новых песен. Импровизация усложнялась, и владение ею требовало от аэда больших профессиональных навыков. Постепенно отдельные героические песни уступали место величественным эпическим повествованиям о грандиозных событиях, участниками которых были уже не боги или герои, а целые народы. Эпическая поэзия создавалась на основе устных героических песен, но не являлась их простым механическим объединением, отличаясь от них широтой изображения, глубиной содержания и единством замысла. Героической песне соответствовал простой, скорее всего трехстопный размер; эпическая поэма рецитировалась, то есть декламировалась, в плавных и неторопливых шестистопных стихах, гекзаметрах. Вместо лиры аэда в руках сочинителя-декламатора появился увитый зеленью посох, символ мудрости и власти. Аэда сменил рапсод, пользовавшийся в народе еще большей славой, чем его предшественник.

В дни общенародных торжеств в различных областях Эллады происходили состязания рапсодов, продолжавшиеся несколько дней. По знаку распорядителя праздника рапсоды сменяли друг друга на высоком помосте. О характере рапсодической декламации и ее воздействии на слушателей сообщает писатель конца V в. до н.э. Платон, вложив рассказ в уста современного ему рапсода, хранителя искусства своих далеких предшественников. "Когда я рассказываю о чем-нибудь, возбуждающем сострадание, глаза мои наполняются слезами; когда же о чем-нибудь страшном или удивительном, то волосы мои подымаются, и сердце трепещет... Всякий раз, когда я со своего места оглядываю слушателей, я вижу, как они плачут" (Платон, Ион, 535).

Рапсод, победитель в состязании, получал в награду треножник и уносил с собой громкую славу. Благодаря последней из всего рапсодического наследия сохранились до наших дней две эпические поэмы - "Илиада" и "Одиссея", затмившие все остальные поэмы и способствовавшие их забвению.

ГОМЕРОВСКИЙ ЭПОС

Сюжет "Илиады" и "Одиссеи" взят из цикла мифов о Троянской войне. Согласно сказанию, на свадебный пир героя Пелея и морской богини Фетиды были приглашены все олимпийские боги, кроме богини раздора Эриды. Оскорбленная Эрида проникла незамеченной на свадьбу и бросила пирующим яблоко с надписью "Прекраснейшей". Из-за яблока вспыхнула ссора между Герой, Афиной и Афродитой. По приказанию Зевса Гермес отвел трех богинь на гору Иду, чтобы там их рассудил пастух Парис. Парис был сыном троянского царя Приама и его жены царицы Гекубы, но родители в свое время оставили новорожденного на горе Иде, так как, согласно предсказанию богов, он должен был погубить троянское царство. Подкинутого ребенка нашли и воспитали пастухи, а когда он подрос, то сам стал пасти стада на Иде. Каждая из богинь пыталась соблазнить юношу своими дарами, надеясь получить от него яблоко. Гера обещала Парису власть, Афина сулила ему непревзойденную мудрость и славу, а Афродита - любовь прекраснейшей в мире женщины. Парис отдал яблоко Афродите, вызвав негодование обеих богинь. Афродита открыла Парису тайну его рождения, привела в Трою, где его с радостью встретили родные, а затем помогла ему похитить из Эллады Елену, жену спартанского царя Менелая. Оскорбленный Менелай и его брат Агамемнон собрали войско, снарядили корабли и поплыли к Трое. Троянцы отказались добровольно выдать Елену и похищенные с нею сокровища. Началась война, которая длилась десять лет. Среди греков, которые в поэмах называются ахейцами или данайцами, было много могучих богатырей: юный Ахилл, сын Пелея и Фетиды, предводитель всего войска Агамемнон, мудрый старец Нестор, Диомед, Аякс, Одиссей. Троянское войско возглавлял старший сын Приама Гектор. Греки сумели овладеть Троей только на десятый год войны. По совету хитрого и мудрого Одиссея они сделали вид, что покидают Трою и возвращаются на родину. На морском берегу ими был оставлен большой деревянный конь, а к троянцам подослан перебежчик, который сказал, что этим подарком греки хотят умилостивить богиню Афину. Напрасно напоминал троянцам их жрец Лаокоон о вероломстве греков. Коня ввезли в город, для чего пришлось разобрать часть городской стены, так как статуя не входила в ворота. Ночью, когда все в городе уснули, из чрева коня выскочили спрятанные в нем воины и подали сигнал остальным грекам, которые в сумерках вновь подошли к крепости. Троянцы были перебиты, их женщины и дети уведены в рабство, а Троя разрушена и сожжена. Но и грекам победа не принесла ожидаемой радости. Лишь немногие герои вернулись благополучно домой. Еще до окончания войны от стрелы Париса, которого называли также Александром, погиб Ахилл В день возвращения в своем доме был убит женой Агамемнон Менелай и Елена долго скитались вдали от родины, но самые длительные странствования и опасные приключения выпали на долю Одиссея.

О событиях десятого года войны, окончившихся смертью Гектора, рассказывает "Илиада". Возвращению Одиссея из-под Трои посвящена вторая поэма - "Одиссея".

Содержание "Илиады"

Основная тема "Илиады" - поэмы об Илионе, то есть Трое, - гнев Ахилла, вызванный его ссорой с Агамемноном. Это событие имело роковые последствия для троянцев и греков

Гнев, богиня, воспой Ахиллеса, Пелеева сына,
Грозный, который ахеянам тысячи бедствий соделал
Многие души могучие славных героев низринул
В мрачный Аид и самих распростер их в корысть плотоядным
Птицам окрестным и псам. Совершалася Зевсова воля,
С оного дня, как воздвигшие спор воспылали враждою
Пастырь народов АтридИл2 и герой Ахиллес благородный

(Ил, кн I, ст 1-7)

Ахилл поссорился с Агамемноном из-за того, что тот лишил его почетной доли добычи. Жрец бога Аполлона старый Хрис пришел к Агамемнону и принес богатый выкуп за дочь, попавшую в плен и доставшуюся Агамемнону. Агамемнон отказал Хрису, и тогда тот, обратясь к Аполлону, попросил бога отплатить грекам за оскорбление. Разгневанный Аполлон девять дней и ночей метал стрелы в стан греков. На десятый день Ахилл собрал вождей, и прорицатель Калхас объяснил причину гнева Аполлона Агамемнону пришлось вернуть Хрисеиду отцу, но, не желая лишиться своей доли добычи, он потребовал, чтобы Ахилл отдал ему свою пленницу, Брисеиду. Ахилл уступил, но поклялся покинуть ряды ахейцев. О своей обиде он рассказал матери, морской богине Фетиде, и попросил ее вымолить у Зевса наказание Агамемнону. Зевс выполнил просьбу Фетиды и пообещал ей передать победу троянцам:

..и во знаменье черными Зевс помавает бровями:
Быстро власы благовонные вверх поднялись у Кронида
Окрест бессмертной главы, и потрясся Олимп многохолмный

("Илиада", кн. I, ст. 528-530)

Фетида принесла сыну радостное известие. Тем временем на Олимпе начался вечерний пир, на который во дворец Зевса собрались все боги. Гефест наполнял кубки пирующих богов нектаром. Музы пели песни, а Аполлон аккомпанировал им на лире. С заходом солнца все боги разошлись по своим покоям. Ночью Зевс послал Агамемнону обманчивый сон, обещая близкую победу. Наутро Агамемнон накануне наступления решил проверить боевую готовность своих воинов и предложил им вернуться домой. Воины, не подозревая об обмане, побежали к кораблям, и вождям стоило многих усилий возвратить их обратно. Упорнее всех возражал Одиссею, наводившему порядок в войске, Ферсит, который бранил Агамемнона и остальных вождей и призывал воинов прекратить воевать ради обогащения корыстолюбивых царей. Выступление Ферсита - первое свидетельство протеста воинов против злоупотребления предводителей - еще не находит поддержки у масс. Поэтому портретная характеристика Ферсита, очень четкая и выразительная, явно отрицательна:

Муж безобразнейший, он меж Данаев пришел к Илиону,
Был косоглаз, хромоног, совершенно горбатые сзади
Плечи на персях сходились; глава у него подымалась
Вверх острием и была лишь редким усеяна пухом

("Илиада" кн II, ст. 216-219)

Напряженная сцена заканчивается фарсом: Одиссей палкой колотит Ферсита, тот дрожит, плачет, вызывая всеобщий смех.

После совершения жертвоприношений вожди готовят к бою свои дружины. Длинный перечень греческих кораблей служит напоминанием о грозной опасности для Трои. Тем временем Зевс посылает к троянцам вестницу богов Ириду, чтобы предупредить их о приготовлениях врагов. Гектор выстраивает троянское войско, но перед боем предлагает Парису единоборством с Менелаем решить спор:

Кто из двоих победит и окажется явно сильнейшим,
В дом и Елену введет, и сокровища все он получит

(Ил , кн. III, ст. 92-93)

Такое решение очень обрадовало греков и троянцев:

Наполнились радостью оба народа,
Чая почить наконец от трудов изнурительной брани

(Ил, кн. III, ст. 111-112)

Гектор посылает в Трою за царем Приамом, а Ирида идет, чтобы привести Елену. В башне у Скейских ворот вокруг Приама собрались троянские старейшины. Древние, мудрые старцы сравниваются с цикадами, непрерывно стрекочущими на ветвях деревьев. Увидев Елену, идущую к башне, старцы тихо шепчутся между собой:

Нет, осуждать невозможно, что Трои сыны и ахейцы
Брань за такую жену и беды столь долгие терпят;
Истинно, вечным богиням она красотою подобна!13

("Илиада", кн. III, ст. 156-158)

Приам подзывает к себе Елену, ободряет ее, говоря

Ты предо мною невинна, единые боги виновны
Боги с плачевной войной на меня устремили Ахеян!

(Ил, кн III, ст. 164-165)

Поединок Менелая и Париса заканчивается победой Менелая. Но опрокинутого на землю и полузадушенного Париса спасает Афродита, окутывает его густым облаком и, сделав невидимым, уносит с поля боя. А на Олимпе во дворце Зевса ссорятся и спорят боги. Зевс, сочувствующий троянцам, вынужден уступить Гере, ненавидевшей троянцев и мечтавшей об их погибели. Подстрекаемый Афиной троянец Пандар ранит стрелой Менелая, нарушая перемирие. Война вновь возобновляется, и Агамемнон, считая троянцев ответственными за нарушение клятв, говорит своим воинам:

Будет некогда день, как погибнет высокая Троя,
Древний погибнет Приам и народ копьеносца Приама

(Ил , кн. IV, ст. 164-165)

Ожесточенно сражаются люди и боги. Погибает виновник нарушения перемирия Пандар. На защиту своего сына, троянца Энея, бросается Афродита, которую Диомед ранит копьем, он же ранит самого бога войны Ареса и обращает в бегство Аполлона. Когда боги покидают поле боя, Гектор идет в Трою, чтобы поручить матери и другим троянкам совершить жертвоприношение Афине и молить ее о спасении. Но Афина отвергла моления. У городских стен Гектор встречается со своей женой Андромахой, которая в сопровождении кормилицы, несущей на руках сына Гектора, спешит к крепостным воротам, напуганная известием о наступлении греков. Андромаха, рыдая, молит, Гектора ради нее и сына не возвращаться на поле брани:

"Гектор, ты все мне теперь - и отец, и любезная матерь,
Ты и брат мой единственный, ты и супруг мой прекрасный!
Сжалься же ты надо мною и с нами останься на башне,
Сына не сделай ты сирым, супруги не сделай вдовою..."

(Ил , кн. VI, ст. 429-432)

Гектор понимает горе жены, отчетливо представляет себе ту ужасную участь, которая выпадет на долю Андромахи и маленького Астианакса после смерти единственного защитника; он страшится даже думать об их будущем:

...да погибну и буду засыпан я перстью земною
Прежде, чем плен твой увижу и жалобный вопль твой услышу!

("Илиада", кн. VI, ст. 464-465)

Гектор знает, что Троя, которую он защищает с такой самоотверженностью, обречена на гибель:

Твердо я ведаю сам, убеждаюсь и мыслью и сердцем,
Будет некогда день, и погибнет священная Троя,
С нею погибнет Приам и народ копьеносца Приама.

("Илиада", кн. VI, ст. 447-449)

Однако он должен защищать обреченный город и выполнить свой долг до конца:

Стыд мне пред каждым троянцем и длинноодежной троянкой,
Если, как робкий, останусь я здесь, удаляясь от боя.

("Илиада", кн. VI, ст. 442-443)

Гектор протягивает руки, чтобы взять сына, но тот, напуганный шлемом отца со спадающим до земли султаном, прижимается к груди кормилицы и плачет. Гектор, смеясь, снимает шлем, кладет его наземь, берет на руки ребенка, ласкает его, и, глядя на них, сквозь слезы улыбается Андромаха. Простясь с семьей, Гектор уходит, а Андромаха возвращается домой, чтобы вместе со служанками оплакивать свое несчастье.

На рассвете Зевс собирает богов и, запретив им вмешиваться в дела людей, отправляется на гору Иду, чтобы следить за военными действиями. Оттуда он поражает молнией войско греков и передает победу троянцам. Несмотря на все попытки Геры и Афины помочь грекам, Зевс объявляет, что греки будут терпеть поражение, пока Ахилл не перестанет гневаться на Агамемнона. Но тот тщетно пытается примириться с Ахиллом, предлагая вернуть Брисеиду и в придачу богатые дары. Он готов отдать в жены Ахиллу любую из своих дочерей и семь городов в приданое. Ахилл отказывается от примирения. На совете вождей греки решают отправить в Трою разведчиков, чтобы выведать намерения противника. В свою очередь Гектор посылает в стан греков своего лазутчика. Одиссей и Диомед убивают троянца, а затем, проникнув в лагерь фракийцев, союзников Трои, нападают на спящих воинов и убивают их. Утром война возобновляется. Гектор во главе троянского отряда прорывается к греческим кораблям и пытается поджечь их, чтобы отрезать грекам путь к отступлению. Положение греков безвыходно. Тогда друг Ахилла Патрокл упрашивает Ахилла разрешить ему выйти с войском и отогнаать от судов троянцев. Ахилл соглашается и отдает Патроклу свои боевые доспехи, но советует ему не увлекаться преследованием врагов. Патрокл забывает о предостережении друга и у крепостных стен погибает от руки Гектора. Гектор снимает доспехи с убитого Патрокла. Греки прилагают все усилия к тому, чтобы унести с поля боя его тело. Весть о гибели друга доходит до Ахилла; безоружным он выбегает из шатра и криком отпугивает троянцев. Горе Ахилла беспредельно. Желая отомстить за смерть Патрокла, он забывает о гневе и примиряется с Агамемноном. По просьбе Фетиды Гефест выковывает оружие и доспехи для Ахилла. Фетида приносит их сыну. Наутро Ахилл выходит в бой. Зевс приказывает всем богам принять участие в сражении. На сторону греков встали Гера, Афина, Посейдон и Гефест, троянцам помогали Арес, Аполлон, Афродита, Артемида и бог реки Ксанф. Сам Зевс остался наблюдать на Олимпе. Ахилл преследует троянцев, тщетно разыскивая среди них Гектора. Тела убитых он бросает в реку, и Ксанф выходит из берегов, грозя поглотить в своих водах Ахилла. Вмешательство Гефеста, преградившего огнем путь реке, спасает героя от гибели. Около Скейских ворот Ахилл догоняет Гектора. Трижды обегают они вокруг крепостных стен, прежде чем начать поединок. Зевс на золотых весах взвешивает жребии обоих. Жребий Гектора "тяжкий к Аиду упал". Гектор погибает в поединке. Умирая, он предсказывает Ахиллу гибель здесь же, у Скейских ворот, от руки своих мстителей - Париса и Аполлона. Ахилл издевается над телом поверженного врага, привязав труп Гектора к своей колеснице. Ночью к Ахиллу приходит душа Патрокла и молит о погребении. Ахилл устраивает другу торжественные похороны, а затем в течение многих дней объезжает на колеснице его могилу, волоча за собой тело Гектора. Но бог Аполлон, держа над Гектором свой золотой щит, охраняет его тело от тления и повреждений. Зевс хочет даже похитить тело Гектора, но ему мешают Гера и Афина. Наконец в сопровождении вестника богов Гермеса к Ахиллу отправляется старец Приам, надеясь выкупить тело сына:

Старец, никем не примеченный, входит в покой и, Пелиду
В ноги упав, обымает колена и руки целует -
Страшные руки, детей у него погубившие многих)

(Ил, кн. XXIV, ст. 477 - 479)

Ахилл вспоминает своего старого отца, жалеет Приама и, подняв его с земли, возвращает тело Гектора. Он предлагает даже длительное перемирие на время погребения. Девять дней оплакивают троянцы Гектора в Трое. На десятый день его сжигают на погребальном костре, собирают прах в золотой сосуд и, закопав его в землю, насыпают высокий могильный холм:

Так погребали они конеборного Гектора тело

Этими словами заканчивается "Илиада", поэма о гневе Ахилла, стоившем жизни Патроклу и Гектору, предрешившем гибель осажденной Трои и смерть самого Ахилла.

"Илиада" представляет собой военно-героическую эпопею, в которой первое место занимает рассказ о событиях.

Вторая гомеровская поэма - "Одиссея" - эпопея сказочно-приключенческая и бытовая, в которой рассказ о событиях вытеснен рассказом о человеке.

Содержание "Одиссеи"

"Одиссея" - поэма о возвращении Одиссея. После взятия Трои Одиссей, "многоумный ... муж, преисполненный козней различных и мудрых советов", десять лет не может попасть к себе на родину, на остров Итаку.

Так же, как рассказ о гневе Ахилла, повествование об Одиссее ведет сама Муза, к которой обращен пролог поэмы:

Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который,
Странствуя долго со дня, как святой Илион им разрушен,
Многих людей города посетил и обычаи видел,
Много и сердцем скорбел на морях, о спасенье заботясь
Жизни своей и возврате в отчизну сопутников

(Од, кн. I, ст. 1-5)

На Олимпе собрался совет богов. Богиня Афина пользуется случаем напомнить собравшимся об участи Одиссея, который мечтает

Видеть хоть дым, от родных берегов вдалеке восходящий.

На далеком острове, в середине моря, удерживает Одиссея нимфа Калипсо, желая сделать его своим мужем. Боги решают отпустить Одиссея домой. Афина летит на остров Итаку проведать дом Одиссея, его сына Телемаха и жену Пенелопу. На Итаке собрались женихи, "многобуйные мужи", которые расхищают добро Одиссея и бесчинствуют в его доме. Афина принимает облик старого друга Одиссея и советует Телемаху тайно от женихов отправиться на поиски отца. Телемах навещает в Пилосе старца Нестора, затем посещает Менелая и Елену, которые лишь недавно вернулись в Спарту после долгих скитаний. Пока Телемах путешествует, собирая сведения об отце, которого он никогда не видел, и знакомится с его былыми соратниками, женихи, напуганные действиями Телемаха, сговариваются о том, чтобы подстеречь его, когда он будет возвращаться, и убить. Рассказ о Телемахе прерывается описанием совета богов. Вновь Афина просит за Одиссея, одновременно заботясь также о судьбе Телемаха. Зевс поручает ей охранять Телемаха. Гермес же летит к Калипсо:

К светлым ногам привязавши свои золотые подошвы
Амброзиальные, всюду его над водой и над твердым
Лоном земли беспредельной легким носящие ветром,
Взял он и жезл свой, по воле его наводящий на бодрых
Сон, отверзающий сном затворенные очи у спящих
В путь устремился...

(Од, кн. V, ст. 44-49)

Калипсо, не противясь воле богов, отпускает Одиссея. Он сам связывает для себя плот из стволов двадцати деревьев и отплывает. Семнадцать суток, не смыкая глаз, сидит Одиссей у руля. Уже близка родная Итака. Но внезапно его плот замечает Посейдон, возвращающийся из страны эфиопов. Мгновенно бог собирает своим трезубцем тучи, поднимает волны и созывает ветры. Буря разбивает в щепки плот Одиссея. Сам он чудом спасается. Морская богиня Левкотея, пожалев его, отдает ему свой волшебный плащ. Лишь на третий день закутанного в плащ Одиссея волны выносят на остров. Измученный герой прячется в груде опавших листьев и засыпает. А тем временем к царской дочери Навсикае является во сне Афина и убеждает царевну поехать утром на берег моря стирать белье. Навсикая вместе со служанками отправляется к морю. Когда же девушки, окончив работы, начинают играть в мяч, их звонкие голоса пробуждают Одиссея. По приказанию Навсикаи неизвестного странника снабжают одеждой и пищей. Затем царевна рассказывает ему, что он попал на остров Схерию, в страну феаков, которыми правит мудрый царь Алкиной. Царь и царица радушно встречают путника. На пиру, который устраивается в честь пришельца, слепой певец Демодок поет песню о троянском походе. Одиссей не может скрыть своего горя, чем и выдает себя. Вынужденный открыть подлинное имя, он рассказывает о своих странствиях.

Первое приключение ожидало Одиссея и его спутников, покинувших разоренную Трою, в стране киконов, где они разрушили город и увезли с собой богатую добычу. Затем буря отнесла корабли в страну лотофагов, пищей которых служит цветущий лотос. Тот, кто отведает лотос, навсегда забудет отчизну и останется с лотофагами. Одиссею пришлось насильно забрать на корабль тех, кто успел попробовать лотоса. Далее мореплаватели попали в страну киклопов (циклопов), одноглазых великанов, живущих без всяких законов вдали друг от друга в горных пещерах. Одиссей и его спутники подошли к пещере киклопа Полифема. Полифем съел нескольких пришельцев, а остальных оставил у себя в пещере, заложив выход из нее огромным камнем. Одиссей предложил Полифему вина, тот выпил и пожелал узнать имя гостя. Одиссей отдал киклопу остатки вина и сказал, что его имя Никто. Когда пьяный великан уснул, Одиссей накалил на огне палицу и вонзил ее в единственный глаз Полифема. На крик великана к пещере сбежались остальные киклопы, но на вопрос о том, кто мучает его, услышали ответ: "Никто" - и негодуя разошлись. Утром слепой Полифем отодвинул камень, чтобы выпустить из пещеры овец и баранов, сам сел у входа, ощупывая спины животных. Но Одиссей подвязал под брюхо самых крупных баранов своих уцелевших товарищей, таким же образом прицепился сам и благополучно выбрался на волю. Герои отплыли, но отныне их повсюду преследовал гнев Посейдона, отца ослепленного Полифема. На острове царя ветров Эола Одиссей получил от Эола в подарок мех с завязанными в него ветрами, чтобы уже ничто не препятствовало мореплавателям вернуться домой. Когда же показались знакомые очертания берегов Итаки, измученный Одиссей задремал, а его спутники, заподозрив, что он скрывает что-то от них, развязали мех и выпустили ветры. Поднялась буря, и корабли вновь отнесло к острову Эола. Но разгневанный Эол прогнал Одиссея. В стране великанов-лестригонов, где "паства дневная с ночною сближается паствой", то есть в стране самой короткой ночи, Одиссей потерял почти всех своих спутников. Лестригоны разбили в щепки одиннадцать кораблей, людей нанизали на колья и унесли в город на съедение. Уцелел лишь один корабль, на котором мореплаватели достигли острова Эи, где жила дочь Гелиоса волшебница Кирка (Цирцея). В центре лесистого острова стоял дворец Кирки, вокруг которого бродили ручные волки и львы. Одиссей провел в плену у Кирки целый год, и при расставании волшебница приказала ему спуститься в царство мepтвых к знаменитому прорицателю Тиресию. На далеком севере, в стране киммерийцев, где "печальная область, покрытая вечно влажным туманом и мглой облаков ночь безотрадная ... искони окружает живущих", Одиссей нашел вход в страну смерти. Спустясь туда, Одиссей совершил жертвоприношения и вызвал души умерших. Души отведали жертвенной крови и вновь обрели дар речи. Одиссей побеседовал с Тиресием, с матерью, встретил Агамемнона, Ахилла, Патрокла и многих других боевых товарищей. Увидел он судью подземного царства Миноса, героя Геракла, а также Тантала и Сизифа, осужденных на вечные муки за совершенные ими преступления. Из страны мертвых он вновь вернулся к Кирке, снарядил свой корабль и отправился далее. Новая опасность ожидала путников возле острова сирен, которые своим дивным пением заманивали мореплавателей и убивали. Одиссей залепил всем спутникам уши воском, а себя приказал привязать канатами к мачте и взял с друзей слово, что они не развяжут его, несмотря на все его просьбы. Благодаря этой хитрости он сумел спастись и услыхать чарующее пение сирен. За островом сирен показались две необыкновенные скалы. На одной из них жила шестиголовая Скилла, пожирательница людей, а на другой - чудовищная Харибда, которая трижды в день извергала из себя черные воды и трижды вновь поглощала бурлящий поток. Чтобы спастись от Харибды, Одиссей подвел свой корабль к скале Скиллы, которая тотчас же схватила и проглотила шестерых его товарищей. Далее они причалили к острову Тринакрии, где паслись стада бога Гелиоса. Одиссей запретил товарищам приближаться к стадам, но пока он спал, его голодные спутники зарезали и съели несколько самых лучших коров. По просьбе разгневанного Гелиоса Зевс послал бурю, и корабль Одиссея был разбит в море молнией. Все мореплаватели погибли, лишь один Одиссей был выброшен волной на остров Огигию, к нимфе Калипсо.

Выслушав рассказ Одиссея, Алкиной приказывает снарядить корабль и, щедро одарив своего гостя, прощается с ним. Феаки, которые умели плыть по морю быстрее самых быстролетных птиц, доставляют Одиссея на Итаку. На обратном пути их корабль замечает Посейдон. Разгневанный на феаков за то, что они помогли Одиссею вернуться домой, Посейдон превращает их корабль в скалу.

Одиссей же, надежно спрятав полученные от Алкиноя сокровища, идет в хижину к свинопасу Эвмею. Чтобы не подвергать своего любимца неожиданным опасностям, Афина превращает его в нищего старика. К Эвмею же, возвращаясь домой, заходит сын Одиссея Телемах. Одиссей называет себя сыну, вдвоем они подготовляют план мести женихам Пенелопы. Утром Телемах отправляется в город, а следом идет к своему дому Одиссей. Первым узнает его верный пес Аргус. Двадцать лет он ждал у порога своего хозяина, увидев его, подполз к ногам и издох. Надменные женихи оскорбляют жалкого нищего, но за него вступается Пенелопа и приказывает служанке по обычаю гостеприимства обмыть ноги страннику. Старая служанка, кормилица Одиссея, узнает своего питомца по шраму на ноге, но сохраняет его тайну. Для женихов близится час расплаты. Его приближение они сами ускоряют дерзким поведением. Еще до возвращения Одиссея женихи уличили Пенелопу в обмане: она обещала назвать имя избранника тогда, когда закончит свое рукоделье, а сама ночью тайно распускала ткань, сотканную днем. Подкупленные женихами служанки раскрыли уловку Пенелопы. Теперь женихи требуют, чтобы она без промедления объявила о своем выборе. Пенелопа в присутствии Одиссея, которого она не узнает, заявляет женихам, что выйдет замуж за того, кто сумеет натянуть тетиву одиссеева лука и пропустит стрелу через двенадцать колец. Никто из женихов не может даже натянуть тетивы. Тогда лук берет Одиссей и сразу же пробивает двенадцать колец. После этого вместе с сыном и преданными слугами, заранее приготовившими оружие по приказанию Телемаха, Одиссей убивает всех женихов и их приспешников. Афина возвращает Одиссею его прежний облик. Однако Пенелопа, опасаясь новых козней, не сразу узнает в нем своего мужа. Тогда Одиссей напоминает ей о тайне, которая известна только им двоим. Чтобы продлить радостную встречу супругов, Афина просит богиню зари Эос помедлить с рассветом. Утром Одиссей навещает отца и пирует вместе с ним. Тем временем родственники убитых женихов выступают против Одиссея. С помощью богов Одиссей примиряется с ними, и на Итаке воцаряются мир и согласие.

Время и место создания Гомеровских поэм

"Илиада" и "Одиссея" рассказывают о событиях далекого прошлого. Нарочитая архаизация заметна в обеих поэмах.

При всем стремлении поэта сохранить определенную историческую дистанцию в обе поэмы проникли отзвуки более поздних времен.

Доспехи и оружие гомеровских героев выкованы из бронзы, но для того чтобы подчеркнуть суровость и непреклонность воина, поэт говорит, что у него "железное сердце" ("Илиада", кн. XXIV, ст 205, 521). Герои названы ахейцами, то есть представителями того греческого племени, которое одним из первых появилось на Балканском полуострове. Гомеровские ахейцы еще не знают дорийцев, другого племени, пришедшего на Балканы позднее. Однако в "Одиссее" упомянуты дорийцы (кн. XIX, ст. 177), а в "Илиаде" Гера уступает на разграбление Зевсу Аргос, Микены и Спарту, то есть те города, которые наиболее пострадали от дорийского нашествия. Детали быта то воспроизводят картину VIII в. до н.э., то относятся к каким-то другим, более ранним временам.

Мир поэта, перенесенный им в среду его героев, получил условное название гомеровского общества. Социальный строй этого общества на материале гомеровских поэм изучил Энгельс и охарактеризовал его следующим образом: "Мы видим в греческом строе героической эпохи древнюю родовую организацию еще в полной силе но, вместе с тем, уже и начало разрушения ее: отцовское право с наследованием имущества детьми, что благоприятствовало накоплению богатств в семье и делало семью силой, противостоящей роду; обратное влияние имущественных различий на организацию управления посредством образования первых зародышей наследственной знати и царской власти рабство сначала одних только военнопленных, но уже открывающее перспективу порабощения собственных соплеменников и даже членов своего рода; начавшееся уже вырождение древней войны племени против племени в систематический разбой на суше и на море в целях захвата скота, рабов и сокровищ, превращение этой войны в регулярный промысел; одним словом, восхваление и почитание богатства как высшего блага и злоупотребление древними родовыми порядками с целью оправдания насильственного грабежа богатств. Недоставало еще только одного: учреждения, которое не только ограждало бы вновь приобретенные богатства отдельных лиц от коммунистических традиций родового строя, которое не только сделало бы прежде столь мало ценившуюся частную собственность священной и это освящение объявило бы высшей целью всякого человеческого общества, но и приложило бы печать всеобщего общественного признания к развивающимся одна за другой новым формам приобретения собственности, а значит в к непрерывно ускоряющемуся накоплению богатств; недоставало учреждения, которое увековечило бы не только начинающееся разделение общества на классы, но и право имущего класса на эксплуатацию неимущего и господство первого над последним.

И такое учреждение появилось. Было изобретено государство".14

Описываемые в гомеровских поэмах социальные отношения соответствовали состоянию греческих племен в IX-VIII вв. до н.э.

Агамемнон, Ахилл, Одиссей и остальные ахейские герои названы в поэмах басилевсами (басилеями). Этим словом, неправильно переводимым русским словом "царь", греки называли предводителей своих родов или племен. "...Басилей был военачальником, судьей и верховным жрецом; правительственной властью в позднейшем смысле он, следовательно, не обладал".15 Его власть поддерживалась народным собранием, в которое входили все боеспособные члены родового или племенного коллектива. В гомеровском обществе уже значительно распространена частная собственность. Некогда единый коллектив затронут социальным расслоением, в нем возникли и развиваются социальные противоречия. Агамемнон, верховный представитель всего племени, а может быть даже глава племенного союза, считает законным требование наибольшей доли добычи. Этим вызван его конфликт с Ахиллом, явившийся основой "Илиады" и, вероятно, породивший серьезную проблему в гомеровском обществе. Конфликт же Агамемнона и "оскорбителя царей" Ферсита был еще нетипичным для того времени и не встречал поддержки среди рядовых воинов.

Таков первый мир поэм, условно называемый миром поэта. Второй мир, мир героев, еще недавно представлялся поэтической фантазией аэдов и рапсодов.

Для греков Троянская война была вполне реальным событием. Героев, сражавшихся под Троей, они почитали как своих родоначальников и покровителей. Но до конца XIX в. наука не располагала сведениями о ранней истории Греции. Период до VIII в. до н.э. было принято называть "темным периодом" греческой истории, а рассказы древних греков о нем - объявлять измышлениями богатой фантазии.

Установление достоверности гомеровских поэм связано с именем немецкого археолога-самоучки Г. Шлимана (1822-1890). Всецело следуя географии и топографии гомеровских поэм, которым он доверял безгранично, Шлиман в 1871 г. по собственной инициативе предпринял раскопки холма Гиссарлык, расположенного в Малой Азии между Дарданеллами и Босфором. Он раскопал семь последовательно расположенных поселений, из которых два носили явные следы пожара. Как известно, ахейцы сожгли захваченную ими Трою. А Шлиман, решив, что гомеровская Троя должна находиться в нижних слоях раскопа, отождествил с нею нижнее из сожженных поселений. Были обнаружены мощные стены древней крепости, дорога к городским воротам, развалины ворот с крепостной башней. Тогда Шлиман даже не подозревал, что его "Троя" по меньшей мере на тысячу лет древнее гомеровской Трои. Когда возле крепостной стены был найден тайник, полный золота и драгоценных изделий, он "узнал" в нем клад Приама, спрятанный троянским царем накануне штурма Трои. Среди драгоценных украшений тончайшей ювелирной работы он "нашел" золотую диадему Елены, а шахтные гробницы на материке, в Микенах, назвал могилами Агамемнона и его друзей, убитых вместе с ним в день возвращения из Трои. В одном из скелетов, найденных в гробницах, который выделялся среди прочих своими огромными размерами, Шлиман "опознал" самого Агамемнона. Наивность и антинаучность подхода Шлимана проявлялись прежде всего в том, что он полностью отождествлял события, описанные в гомеровских поэмах, с исторической действительностью. Лишь после смерти Шлимана его ошибки были установлены и, насколько возможно, исправлены. Теперь доказано, что шлимановская Троя в действительности принадлежала культуре III тысячелетия до н.э. (Троя II), а воспетая Гомером Троя Приама погибла в XII в. в результате завоевательного похода ахейцев (Троя VII).

Тем не менее открытие Шлимана произвело переворот в науке. Его значение было не только в том, что обнаружилась доселе неизвестная древняя цивилизация, локализованная в Малой Азии (Троя) и на материке (Микены, Тиринф, Орхомен) и представлявшая собой исторический фон гомеровских поэм: вновь ожившее прошлое обнаружило реальную основу греческих мифов и потребовало от ученых пересмотреть их взгляды на мифы, народные предания и сказки.

Спустя десять лет после смерти Шлимана была открыта древнейшая культура Крита, догреческая цивилизация, предшественница найденной Шлиманом греческой, так называемой микенской, культуры. В гомеровских поэмах имелись многочисленные отголоски былой славы и могущества критского государства. В мифах рассказывалось о критском царе Миносе, сыне Зевса и Европы, о столице Крита городе Кноссе, где находился дворец Лабиринт и жил чудовищный Минотавр, убитый впоследствии афинским героем Тесеем. Раскопки на Крите начал в 1900 г. английский ученый А. Эванс, который через три дня после начала работ записал в дневнике: "Исключительное явление - ничего греческого, ничего римского". Шлиман не нашел памятников письменности и считал микенскую цивилизацию бесписьменной. В развалинах многоэтажного кносского дворца, поразившего археологов своей архитектурой и замечательной стенной росписью, Эванс обнаружил несколько тысяч глиняных табличек, исписанных непонятными знаками. Разбирая эти знаки, Эванс пришел к выводу, что одни таблички написаны иероглифами, а другие - линейными знаками, и разделил линейное письмо на два вида: линейное письмо А (середина II тысячелетия до н.э.) и линейное письмо Б (XV-XII вв. до н.э.). Он установил также, что иероглифическое и линейное письмена Крита использовались для передачи какого-то неизвестного догреческого языка, на котором говорило население Крита. Эванс назвал этот язык миноиским.

В 1939 г. в западном Пелопоннесе, вблизи Наваринской бухты, американские археологи, разыскивая город Пилос, столицу царства гомеровского Нестора, нашли множество глиняных табличек с письменами, напоминающими критское линейное письмо Б. После войны, с возобновлением археологических работ, число надписей еще пополнилось, и стало ясно, что Шлиману помешала их обнаружить только случайность. Ученые долго не могли прочесть эти находки и считали, что они написаны не на греческом языке. Лишь в 1953 г. английскому архитектору Майклу Вентрису удалось расшифровать пилосские таблички, оказавшиеся хозяйственными записями. Открытие Вентриса было поразительно еще и потому, что, даже вопреки его собственным ожиданиям, язык записей оказался греческим, похожим на язык гомеровских поэм, но много древнее его. Вентрис не успел расшифровать все открытые тексты, написанные письмом Б, но ключ к ним найден, и работа продолжается учеными различных стран. В Советском Союзе вышла уже специальная работа по этому вопросу (С. Я. Лурье. Язык и культура микенской Греции. М., 1957). Критское иероглифическое письмо и линейное письмо А все еще не расшифрованы, и язык их до сих пор неизвестен.

Но теперь уже бесспорно, что догреческое население Крита и этнически близкие к нему народы, жившие в бассейне Эгейского моря, знали письменность еще в III тысячелетии до н.э. Критское государство, первое рабовладельческое государство Европы, было богатой и могущественной морской державой. Памятники архитектуры, живописи, прикладного искусства и письменности подтверждают сведения о высокой культуре Крита. В конце XV в. до н.э. критское государство было уничтожено. На его территорию вторглось греческое племя ахейцев, которые, продвигаясь с севера на материковую Грецию, сначала обосновались на Пелопоннесе, а затем покорили Крит. Ахейцы унаследовали многие культурные достижения критского общества, они использовали критскую письменность (линейное письмо А), но приспособили и видоизменили ее знаки в соответствии со своим языком, совершенно иным, чем язык Крита. Таким образом возникло линейное письмо В. Крит же, утратив свою независимость, был включен в состав первого греческого государства, называемого в науке микенским.

Микенская Греция была для гомеровских поэм тем историческим фоном, на котором разыгрались описанные в поэмах события. Память об этом времени наряду с более смутными воспоминаниями о былом критском могуществе хранилась у греков и передавалась из поколения в поколение, составляя историческую канву народного художественного творчества. Сначала в героических песнях аэдов, а затем в грандиозных повествованиях рапсодов оживало это далекое прошлое, в котором история переплеталась с художественным вымыслом, прошлое - с настоящим, а люди, участники древних событий, отождествлялись с богами и героями.

Из шахтовых гробниц Микен вместе с останками микенских правителей археологи извлекли также их портретные изображения - посмертные маски из тончайшего листового золота. А в гомеровском обществе уже не помнили похоронного ритуала ахейцев. Поэтому в гомеровских поэмах ахейцы и троянцы сжигают своих мертвецов, а сосуды с прахом зарывают в землю, как поступали греки в IX-VIII вв. до н.э. Оружие и доспехи гомеровских героев, по описанию, то относятся к VIII в. до н.э., как, например, щит Агамемнона, то к XVI-XV вв., как медный щит Аякса, подшитый семью шкурами. До недавнего времени ученые и художники - иллюстраторы "Илиады" недоумевали, что за шлем одевал на голову Одиссей:

Шлем из кожи, внутри перетянутый часто ремнями,
Крепко натянут он был, а снаружи по шлему торчали
Белые вепря клыки, и сюда и туда воздымаясь
В стройных красивых рядах...

(Ил, кн. X, ст. 261-264)

В микенских гробницах еще Шлиман нашел множество отшлифованных кабаньих клыков с пробуравленными в них отверстиями. Но лишь недавно была обнаружена голова статуи в шлеме, на котором были прикреплены многочисленные клыки. В микенской гробнице был также найден золотой кубок, подобный тому, который в шатре Нестора подносила воинам пленница:

Окрест гвоздями златыми покрытый; на нем рукояток
Было четыре высоких и две голубицы на каждой
Будто клевали, златые, и был он внутри двоедонный.

("Илиада", кн. XI, ст. 632-631)

В "Илиаде" и "Одиссее" описывается та обстановка, предметы быта, утварь, которые могли находиться во дворцах Микен, Тиринфа и Пилоса. Тексты пилосских надписей, корректируя художественный вымысел и преувеличения гомеровского повествования, помогают нам проецировать своеобразный и подчас нереальный мир гомеровских героев в реальное историческое прошлое.

В мифах сохранились сведения о военных столкновениях между отдельными городами - государствами микенской Греции, о их совместных военных походах против других народов. Троянский цикл мифов имеет некую историческую основу - вторжение ахейцев в Малую Азию. В XIV-XIII вв. до н.э. ахейцы переправились в Малую Азию и заселили ее южное побережье и прилегающие острова. А в начале XII в. они выступили против богатого малоазийского города Трои и, как подтверждают археологи, разрушили и сожгли город. История одного из многочисленных ахейских походов, вероятно даже не очень значительного, переплелась в народной памяти с другими, более примечательными событиями, возможно даже с грандиозным землетрясением, разрушившим Трою (Трою VI) около 1300 г. Исторические события в их мифическом осмыслении были дополнены древним, скорее всего догреческим, мифом о похищении темными силами богини растительности. Воспоминания о былой славе микенского царства и его правителях щедро расцвечивались различными элементами художественного вымысла, а каждая новая эпоха пересматривала предания, внося собственное понимание событий.

К исходу II тысячелетия микенское государство находилось в состоянии социального упадка, завершением которого явилось вторжение дорийцев, греческого племени, прошедшего "огнем и мечом!" через все центры микенской державы. Дорийцы жили еще родовым строем. Культурный и социальный уровень их был намного ниже ахейского, поэтому интенсивная общественная жизнь греческого мира на какое-то время слабеет и затихает. Ахейцы частично ассимилируются с пришельцами, частично переселяются в новые земли к северу Балканского полуострова и в Малую Азию.

Новый расцвет греческий мир встречает в конце IX в. до н.э. уже на малоазийском побережье. А с VIII в. малоазийская Иония с ее центрами в Милете, Эфесе, Колофоне становится передовой страной всей Эллады. Ионийские певцы были хорошо знакомы с песенным творчеством своих былых соплеменников, эолийцев, хранителей героических ахейских сказаний.23 В Ионии создается эпос с его особой поэтикой, стилем и языком, сочетавший песенное наследие эолийских аэдов с традициями ионийских рапсодов. Таким образом, "Илиада" и "Одиссея" прошли многовековый путь от бесхитростной устной песни древнего певца, родившейся в годы величия микенского царства, до эпической поэмы, единой по своему идейному замыслу и художественному воплощению, вобравшей весь жизненный опыт и мудрость греческого народа. Гомеровские поэмы были созданы в период расцвета ионийской Греции. Но точное место их возникновения неизвестно, так как в исторические времена многие ионийские города оспаривали друг у друга честь считаться родиной Гомера, причем в их спор включались даже города материковой Греции. Неизвестно, были ли поэмы записаны сразу же, но они очень долго существовали как в устной рецитации рапсодов, так и в письменной традиции.

Язык и стиль Гомеровских поэм

Язык гомеровских поэм в течение многих столетий оставался для греческой литературы языком эпического жанра. В историческом отношении он представлял собой смешение различных греческих диалектов, некогда самостоятельных языков отдельных племен. Проблема происхождения гомеровского языка неразрывно связана с нерешенной еще проблемой становления эпоса. Самый ранний слой гомеровского языка составляет деловая лексика всего микенского государства. Затем древние эолийские языковые формы, включившие в себя предшествующие им микенские, объединяются с формами ионийского языка времени создания поэм. Возможно, что в определенную эпоху гомеровский эпический язык мог быть языком той части ахейцев, которая, спасаясь от дорийского нашествия, переселилась на восток и позднее получила название ионийцев. Языковые слои гомеровского эпоса отразили хронологию создания эпического языка, причем наиболее поверхностным слоем его явился аттический, привнесенный в конце VI в., вследствие записи поэм в Афинах и их афинской рецитации. Многослойность гомеровского языка отмечали еще древние критики и искали различные объяснения этому необычному явлению, связывая его, например, с путешествиями Гомера и его длительными пребываниями среди многочисленных греческих племен и родов. Гомеровский эпический язык - древнейший литературный язык - создавался в процессе творчества ионийских рапсодов, обратившихся к древней эолийской песенной традиции. Он оказал влияние на всю последующую греческую поэзию.

В течение длительного времени складывалась гомеровская лексика, где в разных эпитетах или синонимах существительных зафиксированы представления и понятия разных эпох. Так, в зпитетах, связанных с Троей, можно отыскать соответствия с лексикой пилосских табличек. Многие эпитеты, имевшие некогда вполне реальное значение, как "бронзохитонные", "прекраснопоножные" в применении к ахейцам, или эпитет Гектора "потрясающий гривой шлема" и другие впоследствии стали непонятными и пополнили число постоянных эпитетов, характерных для устной поэзии. Признаки устной народной поэзии характерны для эпического стиля гомеровских поэм. Подсчитано, что в обеих поэмах из 28 тысяч стихов одну пятую часть составляют повторяющиеся фразы или формульные стихи. В этих формульных стихах, для которых особенно типичны эолийские языковые формы, описываются наиболее часто повторяющиеся ситуации: пир, жертвоприношения, снаряжение корабля, начало поединка, начало и конец речи и так далее. Сколько бы раз ни вставала, например, утренняя заря в "Одиссее", ее описание неизменно: пробуждается юная богиня Эос "с перстами пурпурными". Обилие разнообразных эпитетов также является наследием устной традиции. Эти эпитеты определяют, поясняют, характеризуют свойство или качество объекта описания и представляют собой наиболее распространенный поэтический прием эпоса.

В "Илиаде" эпитеты иногда подвергаются сложному поэтическому переосмыслению, чуждому устной народной поэзии. Так, в сцене поединка Ахилла и Гектора варьируются два из 46 эпитетов Ахилла - "быстроногий" и "божественный". Проворство быстроногого Ахилла, преследующего Гектора, сравнивается с проворством охотничьего пса, догоняющего оленя. Но из следующего сравнения слушателям может показаться, что Ахилл не в силах одолеть противника:

Словно во сне человек изловить человека не может,
Сей убежать, а другой уловить напрягается тщетно -
Так и герои, ни сей не догонит, ни тот не уходит.

("Илиада", кн. XXII, ст. 199-201)

Тогда на помощь герою приходит Аполлон, вливает силы в Ахилла, и последний наделяется эпитетом "божественный". Но вот мимо цели пролетело копье Ахилла, и эпитет "богоподобный" в обращении Гектора к Ахиллу звучит иронией. Однако Ахилл победил Гектора. Теперь он вновь назван божественным. В заключении, когда сам Ахилл объявляет о своей победе, оба эпитета уже вполне оправданно стоят рядом.

Речи героев с их формульным обрамлением традиционны, но в поэмах они связаны с обликом говорящего и часто раскрывают индивидуальный образ оратора, как, например, в сцене посольства к Ахиллу.

Устная поэзия аэдов оставила в наследство эпосу развернутые сравнения, в которых раскрывается все богатство внешнего мира и описывается все то, что не находит места в основном повествовании. Поэтому развернутые гомеровские сравнения - самостоятельные, как бы изолированные художественные картинки. Полный воинственного пыла Диомед сравнивается с рекой, вышедшей из берегов, и тут же дается картина осеннего наводнения:

Реял по бранному полю, подобный реке наводненной,
Бурному в осень разливу, который мосты рассыпает;
Бега его укротить ни мостов укрепленных раскаты,
Ни зеленых полей удержать изгороды не могут,
Если внезапный он хлынет, дождем отягченный Зевеса.

("Илиада", кн. V, ст. 87-91)

Картины природы в эпосе еще не связаны с настроением человека. Мирная природа также не привлекает внимания поэта. Он предпочитает описание бури, непогоды, страшных стихийных бедствий. Сравнения поясняют или уточняют основное повествование, не раскрывая, однако, связанный с ним образ. В сравнениях дается картина мирного труда ремесленников: поверженный в бою воин сравнивается с молодым срубленным тополем, из которого мастер собирается резать и гнуть ободья для колес. Картины охоты, пастушеской жизни сменяются детальными описаниями быта, среди которых не забыты даже детские забавы и слезы. Бог Аполлон разрушает стену ахейцев, как мальчик, играя в песке на берегу моря, топчет песчаный домик. Патрокл, узнав о бедственном положении ахейцев, приходит в шатер к Ахиллу и со слезами просит разрешить ему сразиться с троянцами. Ахилл сравнивает своего друга с маленькой девочкой, которая

... бегом за матерью следует с плачем,
На руки просится к ней и за платье хватается крепко,
Смотрит в глаза, заливаясь слезами, чтоб на руки взяли

("Илиада", кн. XVI, ст. 7-9)

В "Одиссее" герои живут в мирной обстановке. В поэме описываются их повседневные занятия и заботы. Поэтому в ней сравнений значительно меньше, они более кратки, менее выразительны. Но в "Одиссее" впервые встречается очень популярное впоследствии сравнение девушки с молодой стройной пальмой.

Устная поэтическая традиция определила несоразмерность отдельных частей повествования. Иногда рассказ ведется в очень быстром темпе с пропуском важных подробностей, иногда темп неожиданно замедляется, подробности загромождают повествование, запутывают его основную нить, хотя никогда не разрывают. Это замедление или отступление создает своеобразное эпическое раздолье. Поэт пользуется им тогда, когда стремится полностью овладеть вниманием слушателей и подготовить их к чему-то необычайному. Так, в "Одиссее" рассказывается, как, обмывая ноги нищего странника, старая нянька неожиданно узнает в нем своего господина. Но вместо того чтобы рассеять сомнения слушателей и рассказать им, как же поступит Эвриклея, поэт на протяжении 600 стихов подробно рассказывает, как в детстве, охотясь вместе с дедом и его сыновьями, получил Одиссей этот шрам.

Гомеровское поэтическое искусство родственно геометрическомy стилю, господствующему в изобразительном искусстве IX-VIII вв. до н.э. На памятниках геометрического стиля орнамент из ломаных и кривых линий и фигуры живых существ составляли причудливые сочетания и располагались друг под другом параллельными рядами, обозначавшими границы пространства. Линейность и отсутствие перспективы характерны для эпического стиля поэм, и особенно для "Илиады". Общая картина войны заменяется последовательным перечислением отдельных деталей боевых схваток, а несколько событий, происходящих одновременно, становятся последовательными во времени, словно хронологически они несовместимы. Так, в третьей книге "Илиады" Менелай побеждает в поединке Париса и, ухватив его за султан шлема, подвязанного под подбородком, тащит за собой в сторону ахейцев. Неожиданно обрывается ремень, шлем остается в руке Менелая, а Парис исчезает. Оказывается, Афродита спасла своего любимца и никем не замеченная унесла его в Трою. Затем богиня вернулась за Еленой, чтобы проводить ее к Парису. Елена протестует, но богиня грозит ей своей ненавистью, и та покоряется, идет домой, браня Париса за трусость, слышит в ответ страстные любовные речи и послушно следует за Парисом в опочивальню. И только тогда рассказчик вспоминает о Менелае, который остался на поле боя, возвращается к нему, описывая, как он

... по воинству рыскал, зверю подобный.
Взоры бросая кругом, не увидит ли где Александра..

Эпос возникает на той ступени духовной жизни человека, для которой характерен синкретизм, то есть объединение всех ее функций художественной, философской, научной, религиозной и так далее. Поэтому в гомеровском эпосе собраны все знания, накопленные многовековым опытом народа, и разрешены все интересовавшие человека проблемы. ""Илиада" заключает в себе целый мир,- писал Н. И. Гнедич в предисловии к первому изданию своего перевода - Мир древний, с его богами, религией, философией, географией, нравами, обычаями, словом - всем, чем была Древняя Греция. Творение Гомера есть превосходнейшая энциклопедия древности". Радость познания, гордость рапсода, призванного воспитывать своих слушателей, раскрыты в величественно-возвышенной манере эпоса. "Гомер все прославлял: животных и растения, воду и землю, оружие и коней,- говорит писатель I в. н.э. Дион Хрисостом. - Можно сказать, что стоит ему о чем-нибудь упомянуть, он уже не способен пройти мимо этого без хвалы и прославления. Даже того единственного, кого он хулил, Ферсита, он называет громогласным витией". Блеск вокруг головы Ахилла поднимается до небес, а его крик подобен реву медной трубы. Кони богов одним прыжком покрывают такое расстояние, что стоит им сделать еще один шаг - и, по словам античного критика, для них не останется места в мировом пространстве. Торжественность эпического стиля соответствует представлениям слушателей об эпосе как об "откровении бога". В эпических вступлениях, проэмиях, обязательно подчеркивается, что повествование о славных деяниях прошлого ведет дочь Зевса богиня Муза.

Монументальный гомеровский стиль вполне соответствует той воспитательной роли и тем этическим и общественным задачам, которые выполняет эпос в современном ему обществе. Поэтому эпическую художественную манеру с ее эпическими поэтическими средствами, при всей ее исторической ограниченности, вполне можно назвать жизненно правдивой.

В той же исторической последовательности, как и гомеровский стиль, складывались в эпосе образы его героев, неразрывно связанные с идейными и художественными задачами эпического повествования.

Боги и герои поэм

Действие гомеровских поэм развертывается среди героев и богов. Первые живут на земле, плавают по морям, к ним с вершины Олимпа спускаются боги. Изредка боги появляются в своем древнем зооморфном облике, как, например, превратившаяся в птицу Афина. Обычно же боги антропоморфны и наделены человеческими страстями и пороками, но в масштабах несоизмеримо великих по сравнению с человеческими. Боги ссорятся, дерутся, ревнуют, обманывают друг друга, им чужды нравственные нормы, и во всем они считаются лишь со своими прихотями. Возможно, что в образах богов, в описании их жилищ и отношений между собой нашли отражение воспоминания о жизни и нравах древних микенских правителей.

Боги диктуют свою волю героям. Те видят сны, следят за полетом птиц, наблюдают за знамениями при жертвоприношениях, видя в этом проявление воли богов. Участь Гектора решает Зевс. Он кладет на весы два жребия, и жребий Гектора падает вниз. Хотя в проэмии "Илиады" сказано, что во всем совершившемся раскрылась воля Зевса, рассказ о жребиях отразил более древние представления о судьбе, или доле. Власть судьбы параллельна власти богов, но бывают случаи, когда судьба властвует над богами и те бессильны перед ней. Так, Зевс не может спасти от смерти своего сына Сарпедона и в каплях кровавой росы, падающей с неба на землю, выражает свое горе.

В отличие от богов "Илиады", боги "Одиссеи" становятся блюстителями нравственности, стражами добра и справедливости.

Дел беззаконных, однако, блаженные боги не любят:
Правда одна и благие поступки людей им угодны

(Од. кн. XIV, ст. 83-84)

Эти боги, за исключением покровительницы Одиссея Афины, отделены от людей, а люди более свободны в своих действиях, более инициативны и энергичны, чем в "Илиаде".

В образах героев сочетались черты далеких легендарных предков и идеальных героев времени создания поэм.

Главным героем "Илиады" является Ахилл, о котором немецкий философ Гегель сказал, что в нем одном развернуто все богатство и многосторонность благородной человеческой натуры. Ахилл очень молод. Юность и красота являются обязательными свойствами эпического героя, но в "Илиаде" молодость проявляется и в чертах характера Ахилла. Вспыльчивость и неукротимость в гневе становятся данью молодости Ахилла, привыкшего подчиняться чувствам без контроля рассудка. Однако никто из героев не сравнится с Ахиллом в преданности другу, никто не отнесется с таким вниманием к горю другого человека, как Ахилл. Поэт с такой убедительностью раскрывает характер своего героя, что слушателей нисколько не удивляют поступки Ахилла. Они понимают, что подобный герой мог безжалостно надругаться над телом поверженного врага и он же мог обнимать и утешать отца своего противника, отдав тело для достойного погребения.

Мотив дружбы, как и мотив мести за погибшего друга, попал в "Илиаду" из предшествующей ей эпической поэмы, в которой также шла речь о борьбе ахейцев против Трои. В этой поэме Ахилл мстил за погибшего друга. Но в роли друга вместо Патрокла выступал сын Нестора, а противником Ахилла был не Гектор, а родственник Приама Мемнон. Таким образом, в "Илиаде" Гектор и Патрокл являются новыми эпическими героями, не связанными поэтической традицией. Их образы представляют собой самостоятельный вклад гомеровского поэта, воплотившего в них идеалы нового времени, новые гуманные отношения между людьми. "Гектор - предвестник мира городов, человеческих коллективов, отстаивающих свою землю и свое право. Он являет мудрость соглашений, он являет семейные привязанности, предвосхищающие более обширное братство людей между собой".16

Среди ахейцев одному лишь Ахиллу уступает в отваге и мужестве Аякс, для которого воинская честь и слава - единственное содержание жизни. Мудрая старость с ее богатым жизненным опытом воплощена в Несторе, в рассказах которого перед слушателями оживают события далеких времен, предшествующих описываемым в поэмах. "Пастырь народов", предводитель ахейцев Агамемнон сдержан, надменен и преисполнен сознания собственного величия. Его брат Менелай малоинициативен, иногда даже нерешителен, но доблестен, как все прочие ахейцы. Его полной противоположностью оказывается Одиссей, герой сметливый и энергичный. Только благодаря находчивости и хитрости он живым и невредимым возвращается на родину, на остров Итаку. Отдельные черты Одиссея могут показаться современному читателю малопривлекательными и даже противоречащими нашим этическим нормам, но они обусловлены временем создания поэмы. Безымянный фольклорный герой, преодолевающий многочисленные препятствия, был хитрым и предприимчивым уже в сказке. В эпоху же освоения новых земель и первого знакомства греков с западным Средиземноморьем мужество и отвага ценились уже много ниже, чем ловкость, находчивость и умение приспособиться к любой обстановке.

"Илиада" - поэма о войне. Но прославление военных подвигов и личного героизма никогда не перерастает в ней в апофеоз войны. Война описывается как суровая неизбежность, ненавистная и тягостная людям:

Скоро сердце людей насыщается в битве убийством.

Хотя в "Илиаде" Ахилл отдает предпочтение краткой, но славной военными подвигами жизни перед жизнью долгой и мирной, в "Одиссее" тень Ахилла жалуется Одиссею на свою участь:

Лучше б хотел я живой, как поденщик, работая в поле,
Службой у бедного пахаря хлеб добывать свой насущный,
Нежели здесь над бездушными мертвыми царствовать мертвый.

(Од, кн XI, ст. 489-491)

Трудно установить, ахейцам или троянцам отданы симпатии поэта. Хотя предательский выстрел троянца Пандара обрек Трою на гибель за клятвопреступление, а ахейцы своими действиями восстанавливали поруганную справедливость, все же не завоеватель Ахилл, а защитник своего отечества Гектор становится героем нового времени, предвещающего близкий расцвет ионийского мира.

В "Одиссее" описывается мирная жизнь, значительно более яркая, сложная и содержательная. Вместо идеализированных героев "Илиады", в характерах которых все же преобладали черты древних ахейских завоевателей, прошедших по земле огнем и мечом, в "Одиссее" живут и действуют мирные люди. Даже боги "Одиссеи", за исключением Посейдона, спокойны и умиротворенны. Герои "Одиссеи" словно списаны со знакомых и близких поэту современников, любознательных, наивных и общительных людей, жизнь и время которых, по словам Маркса, были детством человеческого общества "там, где оно развилось всего прекраснее..."17 Разнообразны даже немногочисленные женские образы: преданная старушка няня, верная и добродетельная Пенелопа, радушная заботливая Елена, мудрая Арета, обаятельная юная Навсикая, мечтающая по-девически о замужестве и даже, вопреки традиции, о замужестве по своему выбору.

Однако в образах гомеровских героев немало следов исторической ограниченности, обусловленных временем создания поэм. Все образы статичны, характеры героев и богов воспринимаются и изображаются как изначально присущие им, независимые от окружающей обстановки и не меняющиеся в ней. Герой определяется своими поступками, а в них постепенно выявляются те отдельные черты, совокупность которых и составляет его характер. Внутренний мир человека не раскрывается в поэмах, хотя чувства, переживания, смену настроений своих персонажей поэт тонко подмечает. В "Илиаде" над трупом Патрокла собрались по обычаю плакальщицы, ахейские пленницы, они плакали "с виду, казалось, о мертвом, но в сердце о собственном горе". Там, где переживания героя и связанные с ними поступки находятся в центре внимания, обязательно вмешательство богов. Современные читатели понимают, почему Елена, услышав о предстоящем поединке Менелая и Париса, тотчас отложила свое рукоделие и направилась к башне: от исхода боя зависела ее участь. Но в поэме боги посылают к Елене свою вестницу Ириду, которая вложила ей "думы о первом супруге, о граде родимом и кровных", и поэтому Елена поспешила к месту поединка. Нам понятны чувства Приама, который тяжело переживает смерть сына и надругательства над его телом. Как логическое следствие отцовского горя воспринимается его решение поехать в стан врагов, чтобы попытаться выкупить тело сына. Но в "Илиаде" решение Приама подсказано богами, приславшими к нему Ириду. А по приказанию Зевса бог Гермес провожает Приама к ахейскому лагерю. Во время ссоры с Агамемноном Ахилл уже извлек меч, чтобы броситься на своего обидчика, но вдруг спохватился, не лучше ли "гнев прекратить, смирив возмущенное сердце". Все сказано предельно ясно. Но далее выясняется, что это Гера послала на землю Афину, которая оттащила Ахилла "за русые кудри".

Божественное вмешательство помогало поэту и его слушателям объяснить происхождение хорошо известных им эмоций, порождающих определенные действия. Ссылкой на божественную волю и на непосредственное божественное вмешательство древний человек объяснял все, что представлялось ему загадочным. Но сила художественной правды способствовала тому, что современному читателю понятны и без участия богов переживания гомеровских героев и различные мотивы их поведения.

Гомеровский вопрос

До XVII в. автором "Илиады" и "Одиссеи" считали слепого поэта Гомера, которого греки называли отцом всех поэтов. Однако сами греки не сохранили никаких достоверных сведений о своем великом поэте. В одной анонимной эпиграмме II в. до н.э. хорошо сказано о бесплодных усилиях античных критиков восстановить биографию Гомера:

Ты не пытайся узнать, где родился Гомер и кто был он,
Гордо считают себя родиной все города,
Важным является дух, а не место, отчизна поэта -
Блеск "Илиады" самой, сам Одиссея рассказ

Никаких авторских ремарок нельзя обнаружить в тексте поэм. Жизнеописание Гомера, составленное из различных источников, датируемых временем не ранее VI в. до н э., не представляет исторической ценности и изобилует самыми фантастическими данными. У многих исследователей вызывает сомнение даже собственное имя поэта, так как на одном из греческих диалектов слово "гомер" означало "слепец".

В III в. до н.э. греческие ученые решили установить подлинный текст гомеровских поэм на основании многочисленных рукописных материалов. Вероятно, тогда же исследователи заметили разницу между обеими поэмами. Наиболее решительные критики, прозванные разделителями, объясняли это различие тем, что "Одиссея" сочинена другим поэтом. Среди критиков Гомера на рубеже IV-III вв. до н.э. своей непримиримостью прославился некий Зоил, имя которого стало нарицательным именем злобного и пристрастного критика. Гипотеза "разделителей" не нашла поддержки. Более распространенным, было мнение, что поэмы сочинены одним поэтом в разные периоды жизни. "Илиада", написанная в расцвете творческих сил, вся - действие и борьба, "Одиссея" - почти целиком повествовательная - характерна для старческого возраста. "В "Одиссее" Гомера можно сравнить с заходящим солнцем, которое, теряя свою силу, все еще сохраняет прежнее величие", - отмечал неизвестный критик I в. н.э. в трактате "О возвышенном".

Античные ученые разделили каждую из поэм на 24 песни - по числу букв греческого алфавита, чтобы текст одной песни поместился в одном свитке (книге). От античных времен сохранились многочисленные толкования и комментарии к поэмам - гомеровские схолии.

Наследниками античных исследователей Гомера были византийские ученые, которые после падения Константинополя, в конце XV в., впервые познакомили Италию, а за ней и другие европейские страны с произведениями греческих классических авторов. Однако в Европе к гомеровским поэмам долго относились с предубеждением. Гомера называли "грубым", "неизящным", "слишком простым", предпочитая ему римского эпического поэта Вергилия.

В 1664 г. француз д'Обиньяк, пытаясь объяснить своеобразие "Илиады", чуждой эстетическим критериям его времени, предположил, что "Илиада" составлена из отдельных эпических песен и не является единым произведением. Книга д'Обиньяка, изданная в 1715 г., осталась незамеченной, так как в то время устное народное творчество еще не привлекало внимания.

Во второй половине XVIII в. в Англии и Германии пробудился интерес к национальному наследию прошлого. Тогда был открыт новый поэтический мир народной фантазии, и гомеровская поэзия впервые стала мерилом эстетической ценности народной поэзии.

В 1795 г. немецкий ученый Ф. А. Вольф опубликовал "Предисловие к Гомеру", положившее начало научному изучению гомеровского эпоса. Вольф считал "Илиаду" сводом различных песен, сочиненных в разные времена многочисленными поэтями, среди которых наибольшей известностью пользовался Гомер. В конце VI в. до н.э. все эти песни были впервые собраны и записаны в Афинах. Из двух основных аргументов Вольфа один - ссылка на отсутствие письменности в гомеровские времена - теперь уже несостоятелен, другой же - многочисленные противоречия в тексте поэмы - остается в силе и поныне. Последователи Вольфа, названные аналитиками, доказывали, что противоречия в гомеровских поэмах свидетельствуют об отсутствии единого художественного плана. Аналитики расчленяли поэмы на oтдельные части, в которых искали некогда самостоятельные песни. Ученик Вольфа К. Лахман, обобщив выводы своего учителя, создал песенную теорию происхождения эпоса, считая, что между героической песней и эпосом различие чисто количественное.

Аналитикам возражали унитарии, сторонники единства поэм. Они считали, что противоречия, имеющиеся в поэмах, не нарушают единства авторского замысла. Каждое положение аналитиков опровергалось унитариями. Например, сцена прощания Гектора и Андромахи аналитикам казалась совершенно неуместной в VI книге, так как в дальнейшем Гектор вновь приходил в Трою и встречался с женой. Унитарии же считали, что сцена прощания уместна именно в этом месте, так как ею завершается образ Гектора, героя предстоящих решительных событий. Далее аналитики ссылались на VII книгу, где рассказывалось о стене, которую ахейцы поспешно возводили вокруг своего лагеря. Так как в дальнейшем о стене не было речи, аналитики делали вывод, что этот рассказ попал в "Илиаду" из какой-то неизвестной эпической песни. А унитарии считали этот рассказ замечательной поэтической находкой автора, сумевшего одной деталью - постройкой стены - подчеркнуть всю безвыходность положения ахейцев, которые с уходом Ахилла лишились основного оплота.

В середине XIX в. возникли некоторые промежуточные теории. По теории малых эпосов (А. Кирхгоф) большому эпосу предшествовали отдельные эпические произведения, объединенные впоследствии. Согласно теории основного ядра, в основе каждой поэмы лежат отдельные законченные и единые произведения ("Праилиада" и "Праодиссея"); все отступления и противоречия появились в этих произведениях в результате напластований, принесенных каждой новой эпохой.

Современные исследователи принимают две последние гипотезы с некоторыми дополнениями для восстановления истории создания "Одиссеи". В ее составе действительно обнаружены два самостоятельных некогда цикла. Один эпический цикл содержал рассказ о событиях в западном Средиземноморье, где героя преследовал бог Посейдон и держала в плену Калипсо. Действия второго цикла происходили в районе Черного моря, где гнев бога Гелиоса из-за убийства священных коров обрек героя на скитания, а роль Калипсо выполняла Кирка. История пребывания героя в загробном царстве соединяла оба цикла. Кроме того, в основе "Одиссеи" лежали два известных фольклорных мотива о герое, который после длительного отсутствия попадал на свадьбу своей жены, и о сыне, отыскивающем пропавшего отца.

Но поэма "Одиссея" - единый и проникновенный, рассказ о человеке, который борется за осуществление своей заветной мечты - о возвращении на родину. Ценой страданий и лишений он побеждает в упорной борьбе. В этом несомненное единство идейного замысла поэмы, что позволяет предполагать существование одного автора на одном из решающих этапов создания "Одиссеи".

Созданием обеих поэм завершается многовековый период существования отдельных героических песен. Поэмы, несомненно, несут следы наслоений разных исторических эпох. Вопрос о6 единстве поэм в современной науке все еще представляется спорным, хотя большинство исследователей считает, что каждая из поэм обладает единством идейного замысла, композиционным и художественным единством, являющимися результатом личного поэтического творчества.

Проблема возникновения и создания гомеровских поэм - гомеровский вопрос, имеющая важное историко-культурное значение, тесно связана с общей проблемой возникновения и развития героического эпоса. В настоящее время доказано существование у различных народов героической песни о могучем богатыре. Подобная песня восходит к древнему сказанию о предках-героях, создателях человеческой культуры, воплотивших представления о первых победах племени над природой и исторические воспоминания о войнах с иноплеменниками. В эпоху разложения родового строя и возникновения классового общества появляется эпос как качественно новая ступень развития героической народной песни. Проблема индивидуального творческого начала в создании эпоса неотделима от изучения роли традиции, которое уводит исследователя в предысторию эпоса, то есть в долитературный период. Становление и дальнейшее развитие литературы связано с индивидуальным творчеством.

Современная советская наука, продолжая начатое русской наукой исследование живого эпоса (работы А. Ф Гильфердинга), сделала большие успехи в изучении проблемы происхождения эпоса на большом сравнительном материале (труды В. М. Жирмунского, В. Я. Проппа и др.). Зарубежная наука, либо не знавшая, либо игнорировшая живой эпос, лишь недавно "открыла" его и подтвердила необходимость сравнительного изучения эпоса для выяснения гомеровского вопроса (Мильман Пэрри).

Сравнительное исследование эпосов различных народов, открывающихся гомеровскими поэмами, поможет установить общие закономерности в развитии эпического творчества и уяснить отдельные вопросы его поэтики.

В России интерес к Гомеру возник очень давно. Русская культура, преемственно связанная с византийской, унаследовала от нее увлечение "эллинской мудростью", хотя гомеровские поэмы были очень долго известны на Руси лишь в пересказах и переложениях. Первый печатный прозаический перевод "Илиады" был сделан во второй половине XVIII в., спустя несколько лет появился стихотворный перевод нескольких песен, выполненный Е. И. Костровым. В 1829 г. "Илиада" была опубликована полностью в переводе Гнедича. Появление этого перевода отмечалось как крупнейшее событие в русской литературе, переживавшей в то время период увлечения гомеровской поэзией. Восторженно приветствовал "Илиаду" и ее переводчика А С. Пушкин:

Слышу умолкнувший звук божественной эллинской речи,
Старца великого тень чую смущенной душой.

В 1849 г. Жуковский закончил перевод "Одиссеи", который он считал своим "лучшим, главным поэтическим произведением" (письмо С. С. Уварову от 11 ноября 1847 г.). Оба эти перевода стали классическими, и все попытки уточнить и обновить их нельзя признать полностью удачными, хотя отдельные недостатки обоих переводов для нашего времени несомненны.

Л.Н. Толстой в начале 70-х годов специально изучал греческий язык, чтобы читать в оригиналах греческих писателей, и прежде всего Гомера. В письме к Фету он возмущается тем, как далеки от подлинного Гомера все его переводчики: "Пошлое, но невольное сравнение: отварная дистиллированная вода и вода из ключа, ломящая зубы, с блеском и солнцем и даже соринками, от которых она еще чище и свежее .. Можете торжествовать: без знания греческого нет образования".18

В.Г. Белинский всегда восхищался Гомером, которого считал реально существовавшим поэтом "Его художественный гений, - писал Белинский, - был плавильною печью, через которую грубая руда народных преданий и поэтических песен и отрывков вышла чистым золотом".19

Следующая глава

литература греции · литература рима · исследовательская литература
список авторов · список произведений



Новости

украинские пословицы  ·  Джесси Лауристон Ливермор самый знаменитый биржевой спекулянт читать тут.

Ученые заявили, что домашние животные продлевают жизнь хозяина
Домашние животные – лучшие друзья человека, поэтому не удивительно, что чаще всего люди находят в них свое спасение.
Ученые: питьевая вода помогает избавиться от лишнего веса
На протяжении года ученые следили за питьевым режимом 20 тысяч добровольных участников эксперимента. Специалисты фиксировали, сколько процентов в общем количестве потребляемой пищи и жидкости составляет вода.
В следующем году Apple выпустит один iPhone с OLED-дисплеем
На этой неделе источники японского блога Macotakara сообщили о том, что вместо стеклянного iPhone 8 с OLED-дисплеем и беспроводной зарядкой в 2017 году компания Apple выпустит iPhone 7s и iPhone 7s Plus. Это частично подтвердили и источники авторитетного издания The Wall Street Journal.
Facebook запустил приложение по безопасности в Стамбуле после взрывов
Facebook запустил приложение Safety Check, с помощью которого пользователи смогут узнать информацию о безопасности в различных районах Стамбула.
Дмитрий Медведев подписал постановление о защите прав дольщиков
Далеко не все недобросовестные застройщики смогут удержаться от искушения вывести активы, зная, что дольщики в любом случае получат свое жилье, говорят эксперты.
Омск вышел в лидеры по числу долгостроев и обманутых дольщиков
Министерство строительства и ЖКХ РФ опубликовало список регионов, лидирующих по количеству обманутых дольщиков и недостроенных домов. В этот антирейтинг попала и Омская область. Омск расположился на шестом месте «позорной десятки».
Керчь вошла в справочник по доступному туризму Крыма
Министерство курортов и туризма РК разработало справочник туристических объектов Крыма для людей с ограниченными физическими возможностями, в которых, помимо других городов, вошла и Керчь. Керчи отведено девять страниц, начиная с 33.
Саратовский эксперт: курортные сборы не обрадуют ни туристов, ни владельцев отелей
До конца года в правительство РФ может быть представлен проект закона о введении курортных сборов.
Рейтинг@Mail.ru