ЭСХИЛ    ОРЕСТЕЯ    стр. 40

В ночи беда нагрянула. Фракийский ветр
Громил и бил с налета о корабль корабль
И, как быков, бодаться нудил. Вихрь, крутясь,
Метал их, буйных, рвал и гнал. И спутников
Мгла поглотила… Злобный пастырь стадо пас:
Когда же встало солнце над пучиной вод,
Глядим, все море зацвело Эгейское
Мужей телами, кузовов останками.

А наш корабль из хляби целым некий бог
Исхитил – или вымолил пощаду нам.

Не человек, поистине, был кормщик нам!
Судьба благая, на корму воссев, сама
Путь правила до пристани, чтоб волн разбег
Пловцов не грохнул о гряду прибрежных скал.
На белый свет из ада вышед водного,
Опомнившись, – уж мы Судьбе не верили:
Страстная скорбь пронзила дух; поднялся

плач

О бурею отторгнутых соратниках.

Кто смерть обрел, кто страждет. И сберегший

жизнь

Вспомянет нас в числе погибших: верно так!

А мы про них, в разлуке горькой, тоже мним.
Но к лучшему исходу да ведет Судьба!

Жди Менелая: первым, знаю, он придет.

Когда единый Солнца луч его живым
Еще и зрячим видит на лице земли, –

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector