ГЕРОДОТ    ИСТОРИЯ    стр. 17

[лакедемонских] пленников, еще до сего дня сохранились в Тегее и висят на стенах храма
Афины Алей.

67. Так вот, в прежних войнах с тегейцами лакедемоняне постоянно терпели неудачи.
Однако во времена Креза, когда царями Лакедемона были Анаксандрид и Аристон,
спартанцы наконец одержали верх над ними, и вот как это произошло. Из-за своих
постоянных поражений лакедемоняне отправили послов в Дельфы вопросить [оракул], какое
божество им следует умилостивить для победы над тегейцами. Пифия дала ответ: они должны
перенести в Спарту останки Ореста, сына Агамемнона, [и тогда] одолеют тегейцев. Однако
спартанцы не могли отыскать могилы Ореста, и [им пришлось] вновь отправить послов в
Дельфы вопросить бога: Где погребен Орест?. На вопрос послов Пифия ответила вот что:

Есть в Аркадии град Тегея на низкой равнине.

Веют там ветры (их два), гонимые силой могучей.

[Слышен] удар, отраженный ударом, и беда возлежит над бедою…

Сын там Атрида сокрыт земли жизнетворной на лоне.

Прах его перенесешь и станешь владыкой Тегеи.

Однако и после этого ответа оракула лакедемоняне все-таки не могли найти могилы,
несмотря на все усилия, пока не нашел ее Лих, один из так называемых агатоерговв Спарте.
Эти-то агатоерги – старейшие граждане числом пять – ежегодно выходят из сословия
всадников. В течение того года, когда они выходят из всаднического сословия, они должны
быть наготове постоянно выполнять обязанности послов в разных местах для Спарты.

68. Среди этих-то людей был некто Лих. Он и отыскал в Тегее [могилу Ореста], отчасти
случайно, отчасти хитростью. В то время у лакедемонян с тегейцами было перемирие. Лих
зашел в кузницу посмотреть, как куют железо, и дивился искусству [кузнеца]. Кузнец заметил
его удивление и, прекратив работу, сказал: Друг-лаконец! Ты дивишься, как искусно
обрабатывают железо. Но вот если бы тебе довелось увидеть то же, что мне, то как бы ты
сильно удивился!
Я хотел выкопать у себя во дворе колодец и, копая, наткнулся на гроб 7
локтей длины. Не веря, однако, чтобы люди когда-нибудь были больше нынешних ростом, я
открыл гроб и увидел, что покойник действительно был одинаковой величины с гробом.
Измерив гроб, я снова засыпал его землей. Так передавал ему кузнец то, что видел, а Лих
обдумал эти слова. Ему пришло на мысль, что это и есть останки Ореста, о которых говорил
оракул. Рассудил же Лих вот как: рассматривая два раздуваемых меха кузнеца, он решил, что
это ветры, о которых говорил оракул; наковальня же и молот – это удар и ответный удар, а
беда, возлежащая на беде,- выковываемое железо (это потому, думал он, что железо
изобретено на беду человеку). Так рассуждая, Лих возвратился в Спарту и рассказал все, что
случилось с ним. Лакедемоняне же обвинили его для вида в вымышленном преступлении и
изгнали из города. Тогда Лих опять прибыл в Тегею и рассказал кузнецу о своей беде. Затем
он просил отдать ему в наем двор, но кузнец сначала не соглашался. В конце концов Лиху
удалось уговорить кузнеца. Он поселился потом на этом дворе, раскопал могилу и собранные
кости привез в Спарту. С этого времени и всякий раз, когда дело доходило до столкновения,
лакедемоняне неизменно оказывались гораздо сильнее [тегейцев]. И они покорили, таким
образом, уже большую часть Пелопоннеса.

69. Все это Крез узнал и отправил послов в Спарту с дарами и предложением союза. Царь
указал послам, что они должны говорить, а те по прибытии в Спарту сказали вот что:
Прислал нас Крез, царь лидийцев и других народов, и говорит вам так: Лакедемоняне! Бог
возвестил мне через оракул, чтобы я заключил союз с эллинами. Вы же, как я слышу, – самые
могущественные люди в Элладе. Поэтому-то я по повелению оракула и обращаюсь к вам и

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector