ГЕРОДОТ    ИСТОРИЯ    стр. 301

эгинцев. Он требует от эгинцев часть награды за доблесть в битве при Саламине. Узнав об
этом, эгинцы посвятили богу три золотые звезды, которые водружены на медной мачте и стоят
в углу святилища рядом с сосудом для смешения вина – даром Креза!.

123. После раздела добычи эллины отплыли на Истм, чтобы вручить там награду за доблесть
тому эллину, который в эту войну совершил самый выдающийся подвиг. Прибыв на Истм,
военачальники получили у алтаря Посейдона вотивные камешки, чтобы избрать того, кто
получит первую и вторую награду. Тогда каждый из них положил камешки себе, считая себя
самым доблестным. Вторую же награду большинство присудило Фемистоклу. Итак, каждый
военачальник получил по одному голосу, Фемистокл же далеко превзошел всех по числу
голосов, поданных за вторую награду.

124. Из зависти эллины не пожелали присудить [Фемистоклу первую награду] и, не приняв
никакого решения, возвратились каждый к себе домой. Впрочем, слава Фемистокла как мужа,
безусловно, умнейшего из эллинов, прогремела по всей Элладе. Но так как сражавшиеся
вместе с ним при Саламине не признали Фемистокла победителем и не почтили его, то он
вскоре после этого отправился в Лакедемон, чтобы получить там почести. Лакедемоняне
приняли его достойно и с великими почестями. Правда, награду за доблесть (венок из
оливковых ветвей) они дали Еврибиаду, а самому Фемистоклу – награду за мудрость и
проницательность – также оливковый венок. Они подарили ему также колесницу, самую
прекрасную в Спарте. Осыпав Фемистокла похвалами, они при отъезде дали ему свиту из 300
отборных спартанцев, называемых всадниками
12, которые провожали гостя до тегейской
границы. Фемистокл был, насколько мы знаем, единственным человеком, которому спартанцы
дали такую свиту.

125. По возвращении же Фемистокла из Лакедемона в Афины там некто Тимодем из Афидн,
враг Фемистокла (впрочем, не из числа людей выдающихся), совершенно вне себя от зависти
поносил Фемистокла. Тимодем ставил в упрек Фемистоклу поездку в Лакедемон, говоря, что
дарами лакедемонян тот обязан только Афинам, но не себе. Когда Тимодем продолжал без
конца повторять свои упреки и брань, Фемистокл сказал: Будь я бельбинитом, спартанцы не
оказали бы мне столь высоких почестей, но тебя, человече, они не почтили бы, хотя бы ты и
был афинянином. Таковы были события в Элладе.

126. Артабаз же, сын Фарнака, влиятельный у персов и раньше человек (после Платейской
битвы влияние его еще более возросло), провожал царя с 6000 (из войска, которое отобрал
себе Мардоний) до пролива. Когда царь переправился в Азию, Артабаз возвратился назад.
Прибыв в Паллену, он, так как Мардоний зимовал в Фессалии и Македонии и вовсе не
побуждал его присоединиться к остальному войску, не желал упустить случая продать в
рабство отпавших от царя потидейцев. Действительно, потидейцы, когда царь с войском
прошел мимо них, а персидский флот бежал из Саламина, открыто отпали от варваров. Так же
поступили и другие города Паллены.

127. Тогда Артабаз начал осаду Потидеи. Подозревая также, что и олинфяне восстали против
царя, он осадил и олинфян. Олинфом же владели боттиеи, изгнанные с побережья
Фермейского залива македонянами. Когда Артабаз завладел, наконец, городом, он велел
вывести жителей к озеру и умертвить, а город передал под надзор торонейца Критобула и
халкидийцев. Так Олинф попал в руки халкидийцев.

128. Захватив Олинф, Артабаз обратился со всеми силами против Потидеи. Во время
ревностной осады города военачальник скионян Тимоксейн договорился с ним предать
[город]. Каким образом начались переговоры об измене, я не могу сказать (об этом у меня нет
сведений). Конец же был вот какой. Всякий раз когда Тимоксейн писал записку, желая

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector