КСЕНОФОНТ    ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ    стр. 38

красавца? Разве не станешь ты сейчас же рабом
из свободного человека? Разве не станешь
разоряться на вредные удовольствия? Разве будет
у тебя время позаботиться о прекрасном? Разве не
будешь ты вынужден усердно заниматься такими
вещами, какими не станет заниматься и
сумасшедший?

– О, Геракл! – сказал Ксенофонт. – Какую

[12] страшную силу ты приписываешь поцелую!

– И ты этому удивляешься? – отвечал Сократ.

– Разве ты не знаешь, что фаланги, величиной
меньше пол-обола, только прикоснувшись ртом,
изводят людей; болью и лишают рассудка?

– Да, клянусь Зевсом, – отвечал Ксенофонт, –
ведь фаланги что-то впускают при укусе.

– Глупец! – сказал Сократ. – А красавцы при

[13] поцелуе разве не впускают чего-то? Ты не
думаешь этого только оттого, что не видишь.
Разве ты не знаешь, что этот зверь, которого
называют молодым красавцем, тем страшнее
фаланг, что фаланги прикосновением впускают
что-то, а красавец даже без прикосновения, если
только на него смотришь, даже издалека,
впускает что-то такое, что сводит человека с ума?
(Может быть, и Эроты потому называются
стрелками, что красавцы даже издали наносят
раны.) Нет, советую тебе, Ксенофонт, когда
увидишь какого красавца, бежать без оглядки. А

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector