ТИТ ЛИВИЙ История Рима от основания Города стр. 198

27. (1) Назавтра диктатор пришел на форум до рассвета и назначил начальником конницы Луция Тарквиция, родом патриция, но по бедности служившего в пехоте, а воинской доблестью далеко превосходившего римскую молодежь. (2) Вместе с начальником конницы Цинциннат явился на собрание, остановил судопроизводство, велел закрыть по всему городу торговлю и запретил какую бы то ни было частную деятельность. (3) Затем он приказал всем, достигшим призывного возраста, с оружием в руках явиться до захода солнца на Марсово поле, имея при себе пятидневный запас еды и по двенадцать кольев; (4) тем же, кто был уже стар для войны, он велел приготовить еду для своих соседей-воинов, занятых подготовкой оружия и кольев. Итак, молодежь кинулась разыскивать колья, где только можно. (5) Никому не было отказа, и все явились в полной готовности точно в назначенное диктатором время. (6) Войско, построенное походным порядком, было готово в случае надобности развернуться к бою – легионы, ведомые самим диктатором, и всадники под предводительством начальника конницы. И тем и другим было одно напутствие: прибавить шагу! (7) Надобно было спешить, чтоб еще ночью настигнуть неприятеля. Вот уже третий день заперты в осаде консул и римское войско; неизвестно, что принесет ближайшая ночь или день, но решить все может мгновение. (8) «Быстрей, знаменосцы! Не отставайте, воины!» – раздавались возгласы тех, кто старался угодить полководцам. К полуночи они достигли Альгида и, заметив, что враг совсем рядом, остановились. 28. (1) Диктатор объехал неприятельский лагерь и, осмотрев, насколько ночью можно было что-то разглядеть, его расположение, повелел военным трибунам отдать приказ воинам, чтобы те, сложив в одном месте снаряжение, вернулись в строй с оружием и кольями. Приказ был исполнен. (2) Тогда диктатор, растянув походный строй в одну шеренгу, окружил ею лагерь и приказал, чтобы по условному знаку каждый, издавая воинственный клич, начал возводить насыпь с частоколом. Затем был подан сигнал. (3) Войско стало проводить приказ в исполнение. Крики слышались со всех сторон, они донеслись до вражеского, а затем до консульского лагеря, сея в одном страх, а в другом – истинную радость. (4) Римляне поздравляли друг друга с тем, что слышат клич явившихся на помощь сограждан, и вот уже их караульные отряды сами угрожают осаждающему врагу. (5) Консул решил не тянуть, ибо доносившиеся крики означали, что свои не только подошли, но и взялись за дело: невозможно поверить, чтобы они не пошли на приступ вражеского лагеря. (6) Консул приказывает своим воинам взяться за оружие и следовать за ним. Бой завязался ночью, и криками они дали знать легионам диктатора, что тоже вступили в решающую схватку. (7) Эквы уже готовы были помешать окружению своего лагеря, но, так как, в свою очередь, изнутри сражение завязал и осажденный враг, они повернули оружие против него, опасаясь прорыва через свой лагерь и уступая осаждающим целую ночь для работы, ибо с консулом бой шел до рассвета. (8) А к восходу солнца насыпь с частоколом была готова, и успешно сопротивляться даже одному войску враг уже едва ли мог. Тут воины Квинкция, окончив возведение насыпи, вновь взялись за оружие и начали наступление со стороны вала. Предстояло новое сражение, но пока и начатое не утихало. (9) Нависшая с двух сторон опасность вынудила эквов перейти от сраженья к мольбам; они заклинали и диктатора, и консула не превращать победу в резню и позволить им удалиться, оставив оружие. Консул велел им идти к диктатору, а тот в гневе обрек их на еще больший позор: (10) полководца Гракха Клелия вместе с другими предводителями приказал привести к себе в оковах, а город Корбион очистить. Крови эквов он-де не жаждет, пусть себе уходят, но, чтобы они наконец признали, что покорен и смирен их народ, пройдут они под ярмом. (11) Ярмо это делается из двух копий, воткнутых в землю, и третьего, служащего перекладиной. Под таким ярмом и прогнал диктатор эквов.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector