ТИТ ЛИВИЙ История Рима от основания Города стр. 673

вспоминали и прошлый год, омраченный похоронами обоих консулов 190 . Новых консулов, отбывавших в разные стороны к своим войскам, проводили в тревоге и беспокойстве. (8) Передают, что Марк Ливий отправлялся на войну все еще в гневе на своих сограждан, и, когда Квинт Фабий убеждал его вступать в бой, только хорошо ознакомившись с врагом, он ответил: увидит врага и будет с ним биться. (9) Его спросили, к чему так торопиться: «Я либо прославлюсь победой над врагом, либо порадуюсь беде сограждан: они того заслужили, хотя чести это мне не прибавит». (10) В то время, когда Клавдий еще не прибыл в свою провинцию, Ганнибал вел войско в саллентинские земли вдоль границы  (… )  191 , не выстроив его в боевом порядке, и Гай Гостилий Тубул, напав на него со своими когортами, шедшими налегке, учинил страшное побоище; (11) около четырех тысяч человек было убито, взято девять знамен. Квинт Клавдий, услышав про врага, снялся с зимних лагерей, которые находились по разным городам Саллентинской области. (12) Чтобы не вступать в бой сразу с двумя вражескими войсками, Ганнибал, снявшись ночью с лагеря, отправился из тарентинских земель в Бруттий. (13) Клавдий 192 с войском повернул назад в Саллентинскую область: Гостилий, направляясь в Капую, встретился с консулом Клавдием под Венузией. (14) Там из обоих войск отобрали консулу для войны с Ганнибалом сорок тысяч пехотинцев, две тысячи пятьсот всадников; остальное войско было приказано Гостилию вести в Капую и передать проконсулу Квинту Фульвию. 41. (1) Ганнибал, стянув отовсюду свое войско, которое находилось либо в зимних лагерях, либо стояло гарнизонами в Бруттии, пришел в Луканию к Грументу 193 , надеясь вернуть города, которые из страха отпали к римлянам. (2) Туда же из Венузии, разведав пути, отправился консул и разбил лагерь милях в полутора от врага. (3) Вал пунийского лагеря почти соприкасался со стенами Грумента: отстоял от них шагов на полтораста. (4) Между римским и пунийским лагерем лежала равнина; с левого крыла карфагенян и с правого римлян поднимались голые холмы, не внушавшие подозрения ни тем, ни другим: леса на них не росло, удобного места для засады не было. (5) На середине равнины между солдатами, покидавшими свои посты, происходили незначительные схватки. Ясно было, что римляне хотят одного – не дать врагу уйти; Ганнибал, желая отсюда выбраться, вывел все войско как в сражение. (6) Тогда консул воспользовался хитростью в духе врага – тем более что ловушки на таких голых холмах бояться не приходилось, – он распорядился, чтобы пять когорт и пять манипулов ночью перевалили через их вершины и засели на противоположных склонах. Он послал с ними военного трибуна Тиберия Клавдия Азелла и префекта союзников Публия Клавдия, (7) назначив время, когда им выскочить из засады и кинуться на врага, (8) а сам на рассвете вывел все войско, пехоту и конницу в боевом строю. Вскоре и Ганнибал подал сигнал к бою; в лагере поднялся шум – это солдаты с криком расхватывали оружие; затем всадники и пехота наперерыв кинулись из лагеря и, рассеявшись по равнине, устремились на врага. (9) Консул, увидев, что они идут в беспорядке, приказал Гаю Аврункулею, военному трибуну третьего легиона, выпустить легионную конницу и ударить на врагов всей силой. (10) Они, словно скот, беспорядочно разбрелись по всей равнине – можно перебить их и смять раньше, чем они смогут построиться. 42. (1) Ганнибал еще не выступил из лагеря, как услышал крики сражающихся. Суматоха заставила его быстро повести войско на врага. (2) Первые ряды ужаснула конница, но в бой уже вступили первый легион и правое крыло союзников; 194 карфагеняне дрались в беспорядке с кем попало – с пехотинцами или всадниками. (3) Сражение разгоралось: пришла подмога, все больше воинов стремилось в бой; среди смятения и страха Ганнибал все-таки построил бы

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector