ТИТ ЛИВИЙ История Рима от основания Города стр. 1121

то и римский сенат ответит им как надежным союзникам, а пока пусть передадут своим, что сенату угодно, чтобы критяне постарались поскорей отозвать домой тех своих воинов, что воюют в отрядах Персея. (5) Отпустив с этим ответом критян, в сенат призвали халкидян, которые уже самим своим появлением – глава их посольства Микитион 42 с отнявшимися ногами внесен был на носилках – (6) обнаружили, что речь идет о деле неотложной важности, раз уж в таком недуге человек не хотел или не мог уволиться от этого поручения. (7) Он и начал с того, что на нем места живого уже не осталось, только язык еще при нем и цел, дабы возопить о несчастьях отечества; итак, он перечислил сперва, какие услуги были оказаны его государством римским полководцам и войскам как встарь, так и во время войны с Персеем, (8) а затем рассказал, как высокомерно, жестоко и алчно обошелся с его согражданами римский претор Гай Лукреций и за ним еще того хуже Луций Гортензий; (9) настолько твердо халкидяне убеждены, что лучше претерпеть все и даже худшее, чем сейчас, нежели нарушить верность, настолько же они уверены в том, что перед Лукрецием и Гортензием безопаснее закрыть ворота, чем впустить их в город. (10) Те, кто их не принял – Эматия, Амфиполь, Маронея, Энос, остались невредимы, а они приняли, и у них Гай Лукреций разграбил все храмовое убранство, вывез на кораблях в Антий святотатственную свою добычу, угнал в рабство свободных жителей, и тем самым достояние союзников римского народа расхищено и продолжает изо дня в день расхищаться. (11) Ведь по почину Гая Лукреция Гортензий тоже зимой и летом размещает к ним на постой своих моряков, и жилища халкидян ломятся от этих толп, среди которых вынуждены обретаться их жены и дети, а ведь тем нипочем хоть сказать что угодно, хоть сделать. 8. (1) Было постановлено вызвать Лукреция в сенат, чтобы он сам изложил дело и оправдался. (2) Но когда он явился, ему пришлось выслушать в глаза гораздо больше, чем говорилось в его отсутствие, и обвинители появились грозней и сильнее – два народных трибуна, Маний Ювентий Тальна и Гней Авфидий. (3) Они не только разбранили его в сенате, но еще притащили силой на народную сходку, где после всяческих поношений и назначили ему день суда. (4) Халкидянам претор Квинт Мений по приказу сената ответил, что заслуги их перед римским народом, как прежние, так и в нынешней войне, известны сенату, который не сомневается в правдивости их речей, и за то им должная благодарность. (5) А что творилось и творится преторами Гаем Лукрецием и Луцием Гортензием, на которых они жалуются, так творилось это и творится отнюдь не по воле сената, чего не может не понимать всякий, (6) кто знает, что римский народ начал войну с Персеем, а прежде с его отцом Филиппом за свободу Греции 43 , а не затем, чтобы римские военачальники притесняли союзников и друзей. (7) Сенат даст халкидянам письма к претору Луцию Гортензию о том, что сенат недоволен действиями, на которые они жалуются; а если кто из свободных попал в рабство, то пусть претор тотчас позаботится разыскать их и вернуть им свободу; а из моряков на постой определять должно только начальников. (8) Так отписано было Гортензию по веленью сената. Послам было выдано в подарок по две тысячи ассов, а для Микитиона на казенный счет нанята повозка, чтобы с удобствами доставить его в Брундизий. (9) Когда настал день суда, трибуны обвинили Гая Лукреция перед народом и приговорили его к штрафу в миллион ассов; (10) и в народном собрании все тридцать пять триб признали его виновным 44 . 9. (1) У лигурийцев в тот год не произошло ничего достопамятного: ни враги не брались за оружие, ни консул не ходил на них с войском. (2) И удостоверившись, что мир на этот год обеспечен, консул к шестидесятому дню своего пребывания в провинции отпустил воинов двух римских легионов, (3) досрочно отвел войска латинских союзников зимовать в Луну и

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector