ЛУКИАН    СОЧИНЕНИЯ 1    стр. 843

не присутствовала при них, а того, что он делал и
позволял себе ночью, я не решаюсь сказать. Я
видела, кроме того, много, чего нельзя сказать и
что превосходит всякое бесстыдство. Хотя я часто
нарочно не впитывала в себя масла, желая
погаснуть, но он придвигал меня ближе, освещая
свои деяния, и всячески грязнил мой свет.

28. Радаманф. Довольно и этих показаний.
Ну-ка сними порфиру, чтобы нам посмотреть
число пятен. Ой-ой! Он весь разрисован, весь
потемнел и прямо даже посинел от пятен. Какому
же наказанию его подвергнуть по заслугам? Не
бросить ли его в Пирифлегетон, или, быть может,
отдать Керберу?

Киниск. Нет; если хочешь, я предложу тебе
новое и достойное его наказание.

Радаманф. Г овори; я тебе за это буду очень
благодарен.

Киниск. Насколько мне известно, все
умершие должны выпить воды Леты?

Радаманф. Конечно.

Киниск. Так вот пусть он один из всех
умерших ее не выпьет!

Радаманф. Почему?

Киниск. Тогда он будет переносить самое
жестокое наказание, постоянно вспоминая, каким
могуществом пользовался он на земле, и сожалея

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector