ЛУКИАН    СОЧИНЕНИЯ 2    стр. 601

Рассуждая с собой таким образом, я пришел
домой. Ни Гиппарха, ни его жены я не застал
дома, а Палестра хлопотала у очага, приготовляя
нам ужин.

6. И я тут же, не упуская случая, сказал: "Как
ловко ты, прекрасная Палестра, свой задок вместе
с горшком вертишь и покачиваешь. У меня от
нежности даже бедра сводит: счастлив, кто сумеет
в горшок окунуться”. Палестра была очень
задорная и полная прелести девочка. "Беги,
мальчишечка, – сказала она, – если у тебя есть ум
и ты хочешь остаться в живых: горшок полон
огня и угара. Если ты хоть раз его коснешься, ты
у меня останешься здесь с пылающей раной, и
никто тебя не исцелит, даже бог-целитель, а
только одна я, которая тебя обожгла. Но, что
всего страннее, я заставлю тебя желать того же
все сильнее, и, хотя мое ухаживание будет лишь
обновлять твою боль, ты стерпишь все, и даже
камнями тебя не отгонишь от сладкой боли. Что
ты смеешься? Ты видишь перед собой настоящую
людоедку, ведь я не только такие простые блюда
приготовляю. Я знаю кое-что получше и
побольше: человека резать, кожу с него сдирать и
на куски крошить, а особенно люблю касаться
внутренностей и сердца”. — ”Ты правду говоришь,

– сказал я. – Хоть я и близко не подходил к тебе,

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector