ЛУКИАН    СОЧИНЕНИЯ 2    стр. 629

нарядив богиню, поместили на меня. Потом мы
вышли из города и стали обходить окрестности.
Когда мы вступали в какое-нибудь село, я
останавливался в качестве богоносца, звук
флейты вызывал божественное исступление, и
все, сбросив митры и запрокидывая назад головы,
разрезывали себе мечами руки, и каждый, сжимая
зубами язык, так ранил его, что мгновенно все
было полно жертвенной крови. Видя все это, я в
первое время стоял, дрожа, как бы не оказалась
нужна богине и ослиная кровь. Изувечив себя
таким образом, они собирали оболы и драхмы со
стоящих кругом зрителей. Иной давал в придачу
смоквы, сыру или кувшин вина, меру пшеницы и
ячменя для осла. А они этим кормились и
служили богине, которую я вез на себе.

38. Однажды, когда мы попали в какую-то
деревню, они завлекли взрослого юношу из
поселян и привели его туда, где мы остановились,
а потом воспользовались от него всем, что
обычно и приятно таким безбожным
развратникам. А я ужасался перемене своей
судьбы. "До сих пор я терплю несчастья, о
жестокий Зевс”, – хотел я воскликнуть, но из моей
глотки вышел не мой голос, а ослиный крик, и я
громко заревел. Случилось так, что в это время
какие-то поселяне потеряли осла и, отправившись

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector