ЛУКИАН    СОЧИНЕНИЯ 2    стр. 689

следующее:

Хаос был вначале, да Ночь, да черный Эреб и Тартар

огромный,

Неба, Земли и Воздуха не было.

Критий. Правильно! А что было потом?

Триефонт. Был свет непреходящий,
незримый, непостигаемый, что разрешает тьму.
Он разогнал это нестроение единым словом, им
изреченным, – так писано у косноязычного, – он
землю утвердил на водах, протянул небо,
образовал созвездья недвижных звезд и
определил бег тем, которых ты чтешь как богов;
землю цветами изукрасил, человека из небытия
перевел в бытие и он – сущий в небе – взирает на
правых и неправых и записывает в книге деяния
людей. И всем воздаст в день, им самым
предначертанный.

14. Критий. А то, что Мойры напряли
каждому, это тоже заносится в те книги?

Триефонт. Напряли? Что?

Критий. Ну, рок.

Триефонт. Расскажи, любезный Критий, о
Мойрах, а я послушаю тебя и научусь.

Критий. Не говорит ли    Г омер,

прославленный поэт:

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector