ЛУКИАН    СОЧИНЕНИЯ 2    стр. 815

позволял себе, подвизаясь на театральных
подмостках, когда ты ломался вместе с плясунами
и считался достойным предводителем этого
воинства. Никто, бывало, не появлялся перед
зрителями раньше тебя, чтобы сообщить, как
называется разыгрываемое представление.
Именно тебя, обутого в очень изящную
золоченую обувь, в державном пурпуре,
выпускали вперед просить присутствующих быть
благосклонными. И ты получал венки и уходил,
сопровождаемый рукоплесканиями, становясь
таким путем любимцем зрителей. И вот – ты
оратор и философ! Не мудрено поэтому, что
твоим согражданам показалось, будто они, как в
трагедии Еврипида, "два солнца на небе видят" и
"двойные Фивы", и если когда-нибудь дойдут до
них о тебе подобные вести, у каждого готово
будет вырваться восклицание:    "Он, который

тогда!… И это после того, как!…" А потому ты
хорошо делаешь, что сам не хочешь вовсе
вступать на родную почву и появляться среди
своих, но добровольным изгнанником избегаешь
родины, хотя она не знает ни злой зимы, ни
тягостного лета, но является прекраснейшим и
значительнейшим из всех городов Финикии. И
понятно:    быть изобличенным, встречаться с

людьми, знающими и помнящими былые дела

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector