ЛУКИАН    СОЧИНЕНИЯ 2    стр. 962

справляемыми скорее в его честь, чем в честь
Аполлона: он был уверен, что даже сам Аполлон
не выдержит сравнения с его кифарой и голосом.
Истмийский перешеек до этих пор нисколько не
заботил Нерона, но, внезапно, натолкнувшись на
природные условия, он проникся жаждой великих
дел. Нерону пришел на память тот царь, что
некогда водил ахейцев под Трою и отделил
Эвбею от Беотии Еврипом у Халкиды; потом,
конечно, Дарий и мост, который был перекинут
через Боспор для его похода на скифов; но
прежде всего, наверно, Нерону припомнились из
больших дел великие деяния Ксеркса. К этим
воспоминаниям присоединилась мысль о том, что
Нерон откроет всем кратчайший путь для
сношений друг с другом, и тем самым Эллада
окажется втянутой с блеском в иноземные дела.
Такова уж природа тиранов: в опьянении властью
они страстно жаждут каким-нибудь способом
услышать о своих поступках громкую молву.

3. Выйдя из палатки, Нерон пропел гимн
Амфитрите и Посейдону и небольшую песнь в
честь Меликерта и Левкотеи. Наместник Греции
подал императору золотую лопату, и он тут же
положил начало каналу, продолжая петь, и
отбивал размер. Три раза, если я не ошибаюсь, он
ударил лопатой землю, потом велел облеченным

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector