Главная / Библиотека / АММИАН РИМСКАЯ ИСТОРИЯ / АММИАН МАРЦЕЛЛИН РИМСКАЯ ИСТОРИЯ стр. 108

АММИАН МАРЦЕЛЛИН РИМСКАЯ ИСТОРИЯ стр. 108

который оружием отвоевал себе свободу, презрел своих господ, победив их и считая неспособными воевать; теперь же остатки его склонили свои головы предтеми, которые оказались сильнееих. 22. Получив помилование, бóльшая часть лимигантов покинула укрывавшиеих горные высоты и, рассыпавшись по широким степям, поспешила к римскому лагерю с родителями, детьми и женами, а также с жалким своим домашнимскарбом, который онимогли наспех захватить с собой. 23. И те, оком думали, что они скорее расстанутся с жизнью, чем будут вынужденыпереселиться, так как в свободе они видели отсутствие всяких притеснений, согласились теперь повиноваться распоряжениям и перейти на другие места обитания, спокойные и безопасные, где не могла их тревожить война и не грозили внутренние раздоры. Пере-{140}селившись туда, как казалось, по собственному желанию, они некотороевремяоставались спокойны. Но позднее они отважились по своей природной дикости нагибельное злодеяние, как о том будет рассказано в соответствующемместе 328

24. Благоприятным исходом этих предприятий былаукреплена необходимая оборона Иллирика вдвух смыслах, и, как ни трудна была двойная задача, возложенная на себя императором, он справился с ней благополучно… Он вернул изгнанное племя и водворил его на место жительства предков; и хотя оноотличалось беспокойным нравом, можно было надеяться, что оно станет вести себя болеемирно. В завершение своей милости он поставил имцаря, и это был не какой-нибудь простой человек, а избранный ими самими и выделявшийся внешними и внутренними достоинствами царевич. 25. Этот ряд удачных дел освобождал Констанция от всяких тревог, и при полном единодушии своих солдат он принял во второй раз титул «Сарматского» по имени покоренного народа. Собираясь уже уходить оттуда, он созвал все когорты, центурии и манипулы, взошел на трибунал и, окруженный знаменами и орлами, а такжесобравшимися высшими чинами, держал такую речь, встретившую, как обычно, всеобщее сочувствие.

26. «Верные защитники римской державы! Воспоминания о славных делах, которые для храбрых выше всяких радостей, побуждают меня с полным смирением припомнить то, что мы, с Божьею помощью победители, совершили до битв и во время самого пыла браней. Что прекраснее и что повсей справедливости более достойно памяти потомков, как нерадостное сознание солдата проявленной им храбрости, а военачальника

– того, что он сумел предусмотрительно распорядиться? 27. Дерзкий враг хозяйничал в Иллирике, нагло пользуясь нашим отсутствием, пока мы заняты были обороной Италии и Галлии. Он опустошал пограничные области, предпринимая набегиразличными способами, топереезжаяна выдолбленных стволах деревьев, то вброд переходя реки. Не дерзал он сразиться, не полагался на оружие и свои силы, но производил привычные ему тайные грабежи, наводя страх на наших предков с самого своего поселения в этих местах своей хитростью и изобретательностью в воровских уловках. Находясьдалеко, мы сносили это, насколько это быловозможно, питая надежду, что энергия наших военачальников сможет оградить нас от этих не очень важных потерь. 28. Когда же зло, возрастая вследствие безнаказанности дошло дотяжких, постоянноповторяющихся бедствий, постигавших целые провинции, мы, укрепив проходы в {141} Рэцию, упрочив предусмотрительными предприятиями безопасность Галлии и не оставив в тылу никакой опасности, пришли в Паннонии, чтобы, согласно велению вечного Бога, поддержать то, чему грозила гибель. Приняв все подготовительные меры, как вы знаете, мы выступили в походв начале весны и принялись за тяжкие труды. Прежде всего нампришлось добиться того, чтобы вражеские выстрелы не помешали нам навести мост. Совершив это дело без особого труда,

Предыдущая Начало Следующая  
Adblock
detector