АММИАН МАРЦЕЛЛИН РИМСКАЯ ИСТОРИЯ стр. 280

отношениях отличный, авторитет которого славно возвышала его почтенная старость, но который никогда не упускал удобного случая поживиться, если можно было надеяться, что это останется в тайне. 3. Получив аудиенцию у императора, он устроил возвращение из ссылки, с восстановлением прав на имущество, бывшему префекту Рима Орфиту 890

1.           Хотя Валентиниан, человек жестокий, в начале своего правления, желая ослабить мнениео своей суровости, сдерживалиногда свои дикие порывы, стараясь подчинитьстрасти разуму, этот его недостаток, который он скрывал и подавлял, подчас прорывался на гибель многим и вспыльчивостьего характера ухудшала дело. Ученые признают раздражительностьпродолжительной, а подчас и непрерывной, язвой духа, которая обычно возникает от чрезмерной впечатлительности, и приводят, как справедливый аргумент, в доказательство этого то, что больныераздражительнее здоровых, женщины – мужчин, старики –юношейи несчастные – счастливых.

2.           В эту пору среди казней людей менеевысокого положения выделялась смерть Диокла, бывшего комита финансов в Иллирике, которого за незначительные проступки император приказал сжечьживым; далее, Диодора, бывшего имперского агента, и трех канцеляристов управления викариата Италии. Они были преданыжестокой смерти пожалобе императору комита на то, чтоДиодор возбудил против него гражданский процесс, а чины егоканцелярии по приказусудьипозволили себе, когдаон отправлялся в путь, давать ему совет явиться на суд. Память их и досих пор чтут христиане в Медиолане и называют место, где они погребены, «Ad innocentes» (у невинных).

3.           Позднее, когда по делу некоего Максенция, родом изПаннонии, поскольку судья правильно сделал распоряжение ускорить исполнение приговора, император приказал казнить декурионов {392} трех городов, этому воспротивилсятот же Евпраксий, бывший в ту пору квестором, и сказал: «Будь осторожен, благочестивейший государь: ведь тех, кого ты приказываешь убить, как преступников, христианская религия будет чтить, как мучеников, т. е. угодных Богу». 7. По его примеру ту же спасительную смелость проявил префект Флоренций. Когда по одному делу, заслуживавшемупрощения, он услышал, что вспыливший император такжеприказал казнитьпо трое декурионов во многих городах, он сказал: «Что же делать, если в каком-нибудь городе не окажется столько декурионов? Нужно оговорить такжеи то, что они должны быть казнены, еслиони есть налицо в городе». 8. Эту суровость усиливала еще следующая ужасная несправедливость: если кто-тообращался к нему с просьбой избавить его отсуда могущественного недруга и заменить одного судью другим, Валентиниан такой просьбы не удовлетворял, и пусть даже тот привел бы много основательных мотивов, отсылал его дело к тому самому судье, которого тот боялся. Ужасно было и другое: если ему сообщали, что какой-нибудь удручаемый бедностью должник ничего неможет уплатить, онизрекал смертный приговор.

9. Эти и тому подобные проявления произвола позволяют себе некоторые государи, потому что они не признают за друзьями права возражать против их дурных решений и поступков, а врагов своих устрашают величием своей власти. Для того, кто считает великим подвигом все, к чему склоняется его воля, нет вопроса о несправедливости.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector