ПЕТРОНИЙ АРБИТР    САТИРИКОН    стр. 74

против самого Норбана вытянуть может. Наука –
это клад, и искусный человек никогда не
пропадет.

ХЬУП. В таком роде шла болтовня, пока не
вернулся Трималхион. Он вытер пот с лица,
вымыл в душистой воде руки и сказал после
недолгого молчания:

– Извините, друзья, но у меня уже несколько
дней нелады с желудком, – врачи теряются (в
догадках). Облегчили меня гранатовая корка и
хвойные шишки в уксусе. Надеюсь, теперь мой
желудок опять за ум возьмется. А то – как
забурчит у меня в животе, подумаешь, бык
заревел. Если и из вас кто надобность имеет, так
пусть не стесняется. Никто из нас не родился
запечатанным. Я лично считаю, что нет большей
муки, чем удерживаться. Этого одного сам
Юпитер запретить не может. Ты смеешься,
Фортуната? А кто мне ночью спать не дает?
Никому в этой триклинии я не хочу мешать
облегчаться; да и врачи запрещают удерживаться,
а если кому потребуется что-нибудь посерьезнее,
то за дверьми все готово: сосуды, вода и прочие
подробности. Поверьте мне, ветры попадают в
спинной мозг и производят смятение во всем
теле. Я знавал многих, которые умерли от того,
что не решались в этом деле правду говорить.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector