ПЕТРОНИЙ АРБИТР    САТИРИКОН    стр. 100

половину каравая, пичкал ее, хотя она и давилась.
При виде этого, Трималхион вспомнил о Скилаке
защитнике дома и семьи и приказал его
привести.

Тотчас же привели огромного пса, на цепи;
привратник пихнул его ногой, чтобы он лег, и
собака расположилась перед столом.

– Никто меня в доме больше, чем он, не
любит, – сказал Трималхион, размахивая куском
белого хлеба.

Мальчишка, рассердившись, что так сильно
похвалили Скилака, спустил на землю свою суку
и принялся науськивать ее на пса. Скилак, по
собачьему своему обычаю, наполнил триклиний
ужасающим лаем и едва не разорвал в клочки
Жемчужину Креза. Но переполох не ограничился
собачьей грызней: (возясь), они опрокинули

канделябр, который, упав на стол, все
хрустальные сосуды расколотил и гостей
кипящим маслом обрызгал. Трималхион, дабы не
казалось, что его огорчила эта потеря, поцеловал
мальчика и приказал ему взобраться к себе на
плечи. Тот не раздумывал долго, живо оседлал
хозяина и принялся ударять его по плечам,
приговаривая сквозь смех:

– Щечка, щечка, сколько нас?

… Некоторое время Трималхион терпеливо

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector