ПЕТРОНИЙ АРБИТР    САТИРИКОН    стр. 117

Трималхион обратился к рабам:

– А вы еще не обедали? Ступайте! Пока
другие за вас послужат.

Сейчас же ввалилась другая толпа рабов.
Уходящие кричали:

-Прощай, Гай!

Входящие:

– Здравствуй, Г ай!

Тут впервые омрачилось наше веселье, ибо
среди вновь пришедших рабов был довольно
хорошенький мальчик; Трималхион обнял его и
принялся горячо целовать.

Фортуната, на том основании, что право
правдой крепко, принялась ругать Трималхиона
отбросом и срамником, который не может
сдержать своей похоти. И под конец прибавила:
Собака! Трималхион, смущенный и обозленный
этой бранью швырнул ей в лицо чашу. Она
завопила, словно ей глаз вышибли, и дрожащими
руками закрыла лицо. Сцинтилла тоже опешила и
прикрыла испуганную Фортунату своей грудью.
Услужливый мальчик поднес к ее подбитой щеке
сосуд с ледяной водой: приложив его к больному
месту, Фортуната начала плакать и стонать.

– Как? – завопил рассерженный Трималхион.

– Как? Эта уличная арфистка не помнит, что я ее
взял с подмостков работорговца и в люди вывел?

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector