ПЕТРОНИЙ АРБИТР    САТИРИКОН    стр. 118

Ишь, надулась, как лягушка, и за пазуху себе не
плюет, пень, а не женщина! Однако, рожденным
в лачуге о дворцах мечтать не пристало. Пусть
мне так поможет мой гений, как я эту
Кассандру-лапотницу образумлю. Ведь я,
простофиля, мог себе стомиллионную партию
найти. Ты знаешь, что я не лгу. Агафон,
парфюмер соседней госпожи, соблазнял меня:
Советую тебе, не давай своему роду угаснуть. А
я, добряк, чтобы не показаться легкомысленным,
сам себе ноги топором подрубил. Хорошо же, уж
я позабочусь, чтобы ты, когда я умру, из земли
ногтями выкопать меня захотела; а чтобы ты
теперь же поняла, до чего ты довела себя, – я не
желаю, Габинна, чтобы ты помещал ее статую на
моей гробнице, а то и в могиле покоя мне не
будет; мало того, пусть знает, как меня обижать, –
не хочу я, чтоб она меня мертвого целовала.

ЬХХУ. Когда Трималхионовы громы
поутихли, Габинна стал уговаривать его сменить
гнев на милость.

– Кто из нас без греха, – говорил он, – все мы
люди, не боги.

Сцинтилла тоже со слезами, заклиная гением
и называя Гайем, просила его умилостивиться.

– Габинна, – сказал Трималхион, не в силах
удержать слезы, – прошу тебя во имя твоего

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector