ПЕТРОНИЙ АРБИТР    САТИРИКОН    стр. 145

Во время рассказа Эвмолпа я поминутно
менялся в лице: при злоключениях нашего врага я
смеялся, при удачах печалился. Тем не менее я
молчал, как будто вся эта история меня не
касалась, и стал перечислять кушанья нашего
обеда. [Только я кончил, как принесли еду.
Кушанья были самые простые, но вкусные и
питательные, и мой проголодавшийся мудрец
пожирал их с жадностью. Наевшись до-отвалу,
почтенный философ пустился в

глубокомысленные рассуждения, страстно
обрушившись на презрителей всего простого,
обычного, обращающих внимание лишь на
исключительное.

ХСШ. Развращенному уму, ораторствовал он],
все позволенное – противно, и вялые, заблудшие
души стремятся к необычному.

(Не люблю доходить до цели сразу,

Ме мила мне победа без препятствий),
Африканская дичь мне нежит небо,

Птиц люблю я из стран фасийских колхов,

Ибо редки они. А гусь наш белый

Или утка с крылами расписными

Пахнут плебсом. Клювыш за то нам дорог,

Что, пока привезут его с чужбины,

Возле Сиртов немало судов потонет.

А барвена претит. Милей подруга
Нам жены. Киннамон ценнее розы.

То, что стоит трудов, – всего прекрасней.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector