ПЛАТОН    ПАРМЕНИД    стр. 40

Аристотель. Конечно, не может.

Парменид. Но если оно не может быть
иным благодаря своему единству, то оно не может
быть таковым благодаря самому себе, а, значит, и
само, т. е. само оно, будучи совершенно чуждо
М инаковости, ни от чего не будет отлично.

Аристотель. Правильно.

Па р м е н и д. Однако, оно не будет и
тожественно с самим собой.

Аристотель. Почему же нет?

Парменид. Разве природа единого та же,
что и природа божественного?

Аристотель. Почему же нет?

Парменид. Потому что, когда нечто
становится тожественным с чем либо, оно не
становится одним.

Аристотель. А чем?

Парменид. Становясь тожественным со
многим, оно неизбежно становится многим, а не
одним.

Аристотель. Правда.

Парменид. Но если бы единое и
тожественное ничем не различались, то всякий
раз, как что либо становилось бы тожественным,
оно становилось бы одним и, становясь одним,
делалось бы тожественным.

Аристотель. Совершенно верно.

М Парменид. Следовательно, если единое

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector