ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ ПИСЬМА стр. 16

(2) Когда я был трибуном, я, может быть, ошибался, считая себя чем-то значи-тельным, но, почитая себя таковым, я отказался от ведения дел: во-первых, я считал несообразным, чтобы тот, перед кем всем полагалось вставать и кому уступали дорогу, стоял, когда все сидят; чтобы тому, кто мог приказать любому умолкнуть, молчание предписывалось клепсидрой 4, и тот, перебить которого считалось грехом, выслушивал бы ругань и почитался трусом, если не налагал за ругань наказания, и зазнайкой, если налагал. (3) Волновала меня еще и такая мысль: что если мой подзащитный или мой противник обратятся ко мне и попросят моего вмешательства и защиты? и я спокойно промолчу, притворившись частным человеком, будто отрекшись от магистратуры? (4) По этим причинам я и предпочел явиться трибуном для всех, а не адвокатом для не-многих. (5) Но (повторяю это) все дело в том, чем ты считаешь трибунат, какую роль берешь для себя; разумный человек должен браться за ту, которая по силам. Будь здо-ров.

24

Плиний Бебию Гиспану1 привет.

Транквилл 2, мой друг, хочет купить именьице, которое, говорят, продает твой друг. (2) Постарайся, пожалуйста, чтобы он купил его по справедливой цене: тогда и будем радоваться покупке3. В плохой покупке всегда каешься, потому особенно, что это укор хозяину в глупости.

(3) В том именьице (если цена ему подходящая) моего Транквилла привлекает многое: соседство города 4, хорошая дорога, небольшая усадьба и поле, которое вели-чиной своей не отяготит хозяина, но отвлечет его от забот. Хозяину-ритору, такому, как он, хватит с избытком участка, где он освежит голову, даст отдых глазам, медленно пройдет по межам, протопчет одну и ту же тропинку; где ему знакомы и пересчитаны каждая лоза и каждый кустик.

(5) Все это я тебе изложил, чтобы ты знал, как он будет обязан мне, а я тебе, ес-ли это именьице, такое привлекательное, удастся купить по разумной цене, такой, что-бы после не пришлось каяться. Будь здоров.

КНИГА II

1

Плиний Роману1 привет.

После многих лет замечательное памятное зрелище явили глазам римского на-рода устроенные от имени государства похороны2 Вергиния Руфа3, великого и славно-го гражданина и счастливого человека.

(2) Тридцать лет слава его жила вместе с ним: он прочел стихи о себе, прочел историю4: слава, обычно посмертная, пришла к нему при жизни. Он был трижды кон-сулом5 — достиг вершины, доступной частному человеку; быть принцепсом он не за-хотел. (3) Он уцелел при цезарях, подозревавших и ненавидевших его за высокие каче-ства6, и умер, оставив благополучным самого лучшего и к нему расположенного7. Судьба словно приберегала его, чтобы оказать еще этот почет: похороны от имени го-сударства. (4) Он скончался восьмидесяти трех лет среди полного покоя, окруженный глубоким уважением. Здоровья был крепкого, только руки у него дрожали, хотя и не болели. (5) Смерть шла к нему долгим и трудным путем, но и тут он стоит хвалы. Он, консулом, собирался произнести благодарственную речь принцепсу8; свиток взял до-вольно большой, тяжелый; он выскользнул из рук старика, к тому же стоявшего. На-клонившись подобрать его, Руф оступился на гладком и скользком полу, упал и сломал бедро. Его не вправили как следует, и по старости срослось оно плохо.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector