ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ ПИСЬМА стр. 40

господ уничтожают не по суду над ними, а по склонности к преступлениям.

(6) Вот и все. Что еще нового? было бы что, так я бы добавил: и место на бумаге есть и день праздничный, можно много чего вплести. Расскажу, что мне кстати вспом-нилось о том же Македоне. Мылся он однажды в Риме в общественных банях5, и тут случилось нечто примечательное и, судя по всему, вещее. (7) Римский всадник, до ко-торого раб Македона слегка дотронулся, прося дать проход, повернулся и не рабу, его тронувшему, а самому Македону дал такую пощечину, что тот едва не упал. (8) Так баня стала последовательно для Македона сначала местом оскорбления, и потом и смерти. Будь здоров.

15

Плиний Силию Прокулу 1 привет.

Ты просишь меня прочесть в деревне твои книги и посмотреть, стоят ли они из-дания, умоляешь, ссылаешься на пример: упрашиваешь отрезок времени, оставшийся от моих занятий, уделить твоим и добавляешь, что М. Туллий относился к поэтам бла-госклонно и покровительственно.

(2) Меня не надо ни просить, ни уговаривать: я благоговейно чту поэзию и очень к тебе расположен. Я выполню твою просьбу и тщательно и охотно. (3) Мне ка-жется, я уже сейчас могу написать, что работа твоя хороша и держать ее под спудом нечего, насколько можно судить по отрывкам2, которые ты читал в моем присутствии, и если меня не подвела твоя манера читать: ты читаешь как превосходный опытный чтец. Верю, однако, что уши не так уж руководят мной, чтобы, наслаждаясь, обломать все колючки моих суждений. (4) Их можно несколько притупить, но вырвать и выта-щить невозможно.

(5) Итак, я уже сейчас уверенно высказываюсь о твоем произведении в целом; о частях буду судить, читая. Будь здоров.

16

Плиний Непоту1 привет.

Я, кажется, заметил, что есть дела и слова прославленные, а есть великие. (2) Эту мысль утвердил во мне вчерашний рассказ Фаннии, внучки той Аррии2, которая была для мужа и утешением и примером в смерти. Она рассказывала о многом из жиз-ни своей бабки, что не уступает этому ее поступку, но менее известно. Я думаю, ты прочтешь об этом с таким же изумлением, с каким я слушал.

(3) Болел Цецина Пет, муж ее, болел и сын — оба, по-видимому, смертельно. Сын умер; был он юношей редкой красоты и такого же благородства. Родителям он был дорог и за эти качества и как сын. (4) Она так подготовила похороны, так устроила проводы, что муж ничего не узнал; больше того, входя в его комнату, она говорила, что сын жив и чувствует себя лучше; на постоянные расспросы отца, как мальчик, от-вечала: «хорошо спал, с удовольствием поел». (5) Когда долго сдерживаемые слезы прорывались, она выходила из комнаты и тогда уже отдавалась горю; наплакавшись вволю, возвращалась с сухими глазами и спокойным лицом, словно оставив за дверями свое сиротство. (6) Обнажить нож, пронзить грудь, вытащить кинжал и протянуть его мужу со словом бессмертным, внушенным свыше: «Пет, не больно» — это, конечно, поступок славы великой. Но когда она это делала и говорила, перед ее глазами встава-ла неумирающая слава. Не больший ли подвиг — скрывать слезы, таить скорбь; поте-ряв сына, играть роль матери, не ожидая в награду бессмертной славы.

(7) Скрибониан поднялся в Иллирике против Клавдия3; Пет был на его стороне, и когда Скрибониана убили. Пета потянули в Рим. (8) Он собирался сесть на корабль; Аррия стала просить солдат, чтобы посадили и ее: «ведь вы дадите консуляру рабов, которые будут подавать ему пищу, будут одевать, будут обувать его; я все это сделаю

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector