ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ ПИСЬМА стр. 41

сама». (9) Ей отказали; она наняла рыбачье суденышко и на этой скорлупке поехала за огромным кораблем.

Жене Скрибониана, во всем сознавшейся у Клавдия4, она сказала: «мне слушать тебя? на твоей груди убили Скрибониана, и ты жива?» Ясно, что мысль о славной смерти пришла к ней не вдруг. (10) Тразея, зять ее, умолял ее не искать смерти, сказал между прочим: «что же, если мне придется погибнуть5, ты хочешь, чтобы и дочь твоя умерла со мной?» — «если она проживет с тобой так долго и в таком согласии, как я с Петом, то да — хочу», ответила она. (11) Тревога близких возросла от такого ответа; следить за ней стали внимательнее. Она заметила это: «Бросьте! в ваших силах заста-вить меня умереть злой смертью; заставить не умереть — не в ваших». (12) Сказав это, она вскочила с кресла, изо всей силы с разбега хватилась головой о стенку и рухнула на пол. Ее привели в чувство; она сказала: «я вам говорила, что найду любую трудную дорогу к смерти, если легкую вы для меня закрываете».

(13) Не кажется ли тебе, что здесь больше величия, чем в прославленном: «Пет, не больно»? Дорога к ним была уже проложена здесь. Но слова эти произносят, а об остальном молчат. Из этого следует, как я сказал вначале, что есть поступки славные и есть великие. Будь здоров.

17

Плиний Сервиану 1 привет.

Все ли у тебя благополучно? Давно нет от тебя писем. Благополучно, но ты за-нят? Ты не занят, но случая написать нет или подвертывается он редко? (2) Избавь ме-ня от этого беспокойства; я не в силах с ним справиться. Избавь, потрудись послать письмоносца2! Я дам ему денег на дорогу3, даже награжу его, только бы весть его была желанной. (3) Я здоров, если можно считать здоровым человека, который живет в не-утихающей тревоге, со страхом с часу на час ожидая, не случилось ли с его дорогим другом какой беды, для человека естественной. Будь здоров.

18

Плиний Вибию Северу1 привет.

По обязанности консула я должен был от имени государства принести благо-дарность принцепсу2, что и сделал в сенате — так, как этого требовало и место и вре-мя. И я подумал, что долгом хорошего гражданина было бы изложить то же самое, но в охвате более широком3: (2) во-первых, чтобы по-настоящему восславить добродетели нашего императора, а затем, чтобы показать будущим принцепсам, не в наставлениях, а на примере, идя каким путем смогут они достичь такой же славы. (3) Поучать прин-цепса, каким он должен быть, прекрасно, но очень ответственно и, пожалуй, заносчи-во; хвалить же наилучшего принцепса и этими похвалами указывать потомкам, словно светом со сторожевой вышки, чему следовать, это полезно в той же мере и вовсе не дерзко.

(4) Собираясь прочесть эту речь друзьям, я не рассылал письменных приглаше-ний, а приглашал лично с оговорками: «если удобно», «если ты совсем свободен» (в Риме никто и никогда не бывает совсем свободен, а слушать рецитацию всегда не-удобно) 4. Мне доставило большое удовольствие, что, несмотря на это и вдобавок по отвратительной погоде, у меня собирались два дня, а когда я по скромности захотел прекратить рецитацию, то от меня потребовали добавить еще третий день5. (5) Мне оказана эта честь или литературе? Я предпочел бы, чтобы литературе, которая почти совсем замерла и только начинает оживать6. А что вызвало такое пристальное внима-ние? В сенате, где волей-неволей приходилось терпеть и слушать, лишняя минута была уже в тягость, а теперь находятся люди, которые охотно три дня подряд и читают и слушают речь на такую же тему — и не потому, что сейчас пишут красноречивее, а по-тому, что пишут свободнее и охотнее. (7) Добавим еще к восхвалениям нашего прин-цепса: речи ненавистные и лживые ранее, искренни и приятны теперь.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector