ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ ПИСЬМА стр. 55

Горькая судьба дочерей Гельвидия2; обе умерли родами, обе разрешились де-вочками.

(2) Тяжело мне, и горе мое нельзя назвать чрезмерным: так прискорбно видеть, что достойнейших женщин на заре юности унесло материнство. Беспокоюсь за судьбу малюток, осиротевших при самом рождении своем; беспокоюсь за обоих хороших му-жей, беспокоюсь и за самого себя. (3) Моя любовь к их покойному отцу крепка и неиз-менна; ее засвидетельствовали и моя речь и мои произведения3. Из троих его детей ос-тается теперь один сын, единственная опора дома, совсем недавно опиравшегося на многих 4.

(4) Если судьба сохранит его здравым и невредимым, и таким, как отец и дед, это будет великим утешением в моей печали. Я тем более беспокоюсь за его жизнь и нравы, что он остался один-одинешенек. Ты знаешь, как я в своей любви мнителен, как я всего боюсь. (5) Нечего тебе поэтому удивляться, что я больше всего боюсь за чело-века, на которого больше всего возлагаю надежд. Будь здоров.

22

Плиний Семпронию Руфу1 привет.

Я присутствовал на обсуждении одного дела наилучшим принцепсом: я член его совета2. Виенцы справляли у себя «гимнический агон», устроенный по чьему-то завещанию. Требоний Руфин, человек редкий и мне приятель, постарался, будучи ду-умвиром, его не допустить и запретил навсегда. Утверждали, что у него на это не было общественного полномочия 3. (2) Он защищался сам и удачно и красноречиво; обду-манность и серьезное спокойствие, с каким он, римлянин и хороший гражданин, гово-рил о своем деле, выделяли его речь. (3) Когда стали опрашивать мнения, Юний Мав-рик (нет человека более твердого в своих убеждениях и более правдивого), сказав, что не надо восстанавливать виенцам агона, добавил: «если бы можно было уничтожить в Риме» 4.

(4) «Определенно и смело», — скажешь ты. Еще бы нет! но это в духе Маврика. Перед императором Нервой он высказался не менее смело. Нерва обедал в небольшом обществе: рядом, почти на груди у него, возлежал Вейентон; назвав это имя, я сказал все. Зашла речь о Катулле Мессалине5; он ослеп, и это несчастье только добавило ему злобной свирепости; он никого не уважал, ни перед кем не краснел и не знал сострада-ния; поэтому совсем как дротиком, который несется слепо и бездумно, Домициан час-то и замахивался им в самых лучших. (6) Все во время обеда заговорили о низости Мессалина и его кровожадных советах. «Что он претерпел бы, будь сейчас в живых?» — спросил император. «Он обедал бы с нами», — ответил Маврик.

(7) Я очень отклонился в сторону, с удовольствием, правда. Решено было запре-тить агон, вредно влиявший на нравы виенцев, так же как наш на нравы всего мира. Пороки виенцев остаются у них, в их городе; наши разбредаются по свету. Как в чело-веке, так и в государстве, тяжелее всего болезнь, начинающаяся с головы. Будь здоров.

23

Плиний Помпонию Бассу 1 привет.

Я с большим удовольствием узнал от наших общих приятелей, что ты, как и по-лагается такому мудрому человеку, умело распределяешь свой досуг и, живя в преле-стнейшем месте, упражняешь свое тело и на суше и на море, много рассуждаешь, мно-гое слушаешь, многое перечитываешь2, и хотя знания твои велики, но ты ежедневно что-то к ним добавляешь.

(2) Так следует на старости лет жить человеку, который нес высшие магистра-туры, командовал войсками и целиком отдавал себя государству, пока это следовало делать. (3) Молодость и средний возраст мы должны уделять родине, старость — себе.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector