ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ ПИСЬМА стр. 85

одиночество мрачным. (5) Очень хорошо, что ты думаешь о Руфе: он ведь был близок с твоим сыном. Не знаю, однако, что он может тут сделать; что хочет как можно боль-ше — верю. Будь здоров.

31

Плиний Корнелиану1 привет. Я был вызван нашим цезарем на совет в Центум-целлы (так зовется это место) 2. Удовольствие я получил большое: (2) так приятно на-блюдать в государе справедливость, чувство достоинства, приветливость, тем более в уединении, где эти качества особенно раскрываются. Дела были разные3: достоинства судьи подвергались испытанию на множество ладов.

(3) Защищал себя Клавдий Аристон4, первый из эфесских граждан, благотвори-тель, не интриган, друг народа. Ему завидуют; люди противоположного склада натра-вили на него доносчика. Он был оправдан и отомщен. (4) На следующий день слуша-лось дело Галитты, виновной в прелюбодеянии. Она была замужем за военным трибу-ном, намеревавшимся искать магистратур5, и запятнала свое и мужнино достоинство любовью к центуриону. Муж написал наместнику провинции, а тот цезарю. (5) Цезарь, взвесив все доказательства, центуриона разжаловал и даже выслал6. Оставалось нака-зать другую сторону: такое преступление можно совершить только вдвоем. Муж, хотя его и порицали за долготерпение, медлил по любви к жене и даже после явного прелю-бодеяния держал ее дома, словно довольствуясь тем, что соперник убран7. (6) Его убе-дили довести дело до конца и он против воли довел его. Осудить ее было неизбежно, если даже обвинитель и не хотел этого, она осуждена и наказана по Юлиеву закону8. Цезарь присовокупил к приговору имя центуриона и памятку о нарушении военной дисциплины, дабы не считали, что в случаях подобного рода следует обращаться не-посредственно к нему.

(7) В третий день разбиралось дело (о нем много говорили и о нем шли разные слухи) о завещании Юлия Тирона: в одной части своей оно было несомненно подлин-ным, о другой говорили, что она поддельная. (8) Обвиняли в этом преступлении Сем-прения Сенециона, римского всадника, и Эвритма, цезарева отпущенника и прокурато-ра. Наследники, когда цезарь был в Дакии, написали ему сообща письмо, прося произ-вести расследование9. (9) Он произвел его; вернувшись, назначил день, и когда некото-рые наследники, как бы из уважения к Эвритму, решили отказаться от обвинения, про-изнес прекрасные слова: «Ни он не Поликлет 10, ни я не Нерон». Он согласился только на просьбу об отсрочке и по истечении срока приступил к слушанию дела. (10) От на-следников явилось только два человека; они требовали принудительной явки всех на-следников, ибо донос был сделан всеми, или разрешения себе бросить это дело11. (11) Цезарь произнес речь, полную достоинства и очень уместную. Когда же адвокат Сене-циона и Эвритма сказал, что обвиняемые остаются под подозрением, если их не вы-слушают, воскликнул: «мне нет дела, остаются ли они под подозрением; остаюсь я». (12) И обернувшись к нам: «επιστήσατε3*, [3* поймите] что я должен сделать: эти ведь будут жаловаться, что им разрешено было не обвинять». И затем по решению совета велел объявить всем наследникам, чтобы они или продолжали дело, или же привели каждый убедительные причины отказа. В противном случае он обвинит их в клевете.

(13) Ты видишь, в каких важных и серьезных делах проводим мы день; отдых после них был приятнейший. Нас ежедневно приглашали к обеду — для принцепса скромному; иногда мы слушали музыку и декламации, иногда ночь проходила в при-ятнейшей беседе. (14) В последний день при разъезде нам вручены были подарки (так внимателен и добр цезарь). Но меня и важные дела и почетное участие в совете и пре-лесть непринужденного общения радовали так же, как само место.

(15) Очень красивая вилла 12 расположена среди зеленеющих полей высоко над морским берегом; тут в заливе как раз устраивают гавань. Левая сторона ее уже прочно укреплена, на правой работают. Прямо против входа в гавань поднимается остров, о

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector