ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ ПИСЬМА стр. 115

его — это человечно. Будь здоров.

23

Плиний Марцеллину1 привет.

(1) Все мои занятия, все заботы, все развлечения унесены, выбиты, вырваны тягчайшим горем по поводу смерти Юния Авита. (2) В моем доме надел он на себя се-наторскую одежду; я помогал ему в достижении магистратур; он так любил меня и так чтил, что видел во мне учителя нравственности и относился как к наставнику. Это ред-ко в наших юношах 2. (3) Много ли найдется таких, которые уступят возрасту или ав-торитету? Они сразу же все понимают, сразу же знают все, никого не уважают, никого не берут за образец и сами себе пример.

Не таков был Авит. Он был особенно умен тем, что считал других умнее себя; особенно образован потому, что хотел учиться. (4) Всегда советовался он или о своих занятиях, или о житейских обязанностях; всегда уходил, став лучше, а лучше стано-вился или от того, что услышал, или от того, что вообще узнал. (5) Как он повиновался Сервиану3, человеку исключительной точности! Трибун, он сумел так понять и пле-нить легата, что когда тот перешел из Германии в Паннонию4, он последовал за ним уже не как сослуживец, а как товарищ и помощник. Ревностный и скромный квестор, он был так же приятен и мил своим консулам (а он служил у многих), как и полезен! С какой энергией и неусыпностью добивался он этого самого эдилитета5, которого не до-ждался! Это особенно растравляет мою печаль. (6) Перед глазами моими стоят напрас-ные труды, бесплодные просьбы, почетная должность, которой он так заслуживал; я вспоминаю о сенаторской одежде, надетой под моей кровлей; вспоминаю о своем со-действии ему, оказанном впервые, о содействии, оказанном в последний раз, о наших разговорах, о наших совещаниях.

(7) Меня мучит мысль о его молодости, мучит несчастье его близких. У него была престарелая мать, была жена, которую он взял за себя девушкой год назад; была дочь, которую он совсем недавно взял на руки. Столько надежд, столько радостей уничтожил один день! (8) Вот-вот уже эдил будущего года, молодой муж, молодой отец, он не вступил в свою должность и оставил осиротелую мать, овдовевшую жену и крохотную дочь, не знающую отца. Слезы мои льются еще и оттого, что меня здесь не было, что я не подозревал о нависшей беде и узнал о его болезни и о смерти одновре-менно: у меня не было времени свыкнуться с этим тяжким горем. (9) В такой муке на-ходился я, когда написал это, написал только это; даже теперь не могу я ни о чем дру-гом думать или говорить. Будь здоров.

24

Плиний Максиму1 привет.

(1) Моя любовь к тебе заставляет меня не поучать тебя (ты не нуждаешься в учителе), а уговаривать крепко помнить о том, что ты знаешь, и следовать этому: иначе лучше об этом вовсе не знать.

(2) Подумай, что тебя посылают в провинцию Ахайю2, эту настоящую, подлин-ную Грецию, где, как мы верим, впервые появились наука, образование и само земле-делие, посылают, чтобы упорядочить состояние свободных городов3, т. е. посылают к людям, которые по-настоящему люди, к свободным, которые по-настоящему свободны и которые сохранили свое природное право доблестью, заслугами, дружбой и, наконец, договором, освященным религией. (3) Чти богов основателей4 и имена богов, чти древнюю славу и ту самую старость, которая почтенна в человеке и священна в горо-дах. Воздавай почет древности, воздавай его великим деяниям, воздавай даже мифам. Не умаляй ничьего достоинства, ничьей свободы; не останавливай даже хвастливых речей5. (4) Всегда помни, что это та земля, которая дала нам право и прислала законы,

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector