ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ ПИСЬМА стр. 126

чинаю искать в такого рода занятиях не только услады, но и славы. (3) Сейчас судеб-ных дел хотя и немного, но все же они отвлекают меня3; когда это кончится, я пошлю что-нибудь из области тех же Камен4 в это благосклонное лоно. Моим воробушкам и голубкам, если они понравятся и себе и тебе, ты позволишь летать среди ваших орлов5; если они будут нравиться только себе, то ты постараешься удержать их в клетке или в гнезде. Будь здоров.

26

Плиний Луперку1 привет.

(1) Я сказал, думается, удачно об одном ораторе нашего века, безыскусственном и здравомыслящем, но не очень величественном и изящном: «У него нет никаких не-достатков, кроме того, что у него нет никаких недостатков». (2) Оратор ведь должен иногда возноситься, подниматься, иногда бурлить, устремляться ввысь и часто подхо-дить к стремнинам; к высотам и крутизнам примыкают обычно обрывы2. Путь по рав-нине безопаснее, но незаметнее и бесславнее; бегущие падают чаще тех, кто ползает, но этим последним, хотя они и не падают, не достается никакой славы, а у тех она есть, хотя бы они и падали. (3) Риск придает особенную цену, как другим искусствам, так и красноречию3. Ты видишь, какие крики одобрения обычно вызывают те, кто взбирает-ся вверх по канату, когда кажется, что они вот-вот упадут. (4) Наибольшее удивление вызывает наиболее неожиданное, наиболее опасное, то, что греки так хорошо называ-ют παράβολα4*. [4* потрясающее.] Кормчий, плывущий по спокойному морю, проявля-ет отнюдь не то же мужество, что и при плавании в бурю: в первом случае он, не вы-зывая ничьего восхищения, без похвал, без прославлений входит в гавань, но когда скрипят канаты, гнется мачта, стонет руль, вот тогда он знаменит и близок морским богам.

(5) К чему я говорю это? Мне показалось, ты в моих сочинениях напыщенным счел то, что я считаю возвышенным, дерзким — то, что я считал смелым, перегружен-ным — то, что я считал полным. Все зависит от того, отмечаешь ли ты достойное осу-ждения или бросающееся в глаза. (6) Всякий ведь замечает то, что выдается и выступа-ет; но следует внимательно и остро различать, чрезмерно это или величаво, высоко или беспорядочно. Коснемся Гомера: кто усумнится, куда отнести: αμφι δε σάλπιγξεν μέγας ουρανός… πέρι δ’έγχος εκέκλιτο…5* [5* Вдруг как трубой огласилось великое небо (Илиада XXI, 388); …копье (и кони бессмертные) были мраком покрыты (Илиада, 356—357).] и все знаменитое место ούτε θαλάσσης κΰμα τόσον βοάα6*? [6* Волны мор-ские не столько свирепые веют у брега (Илиада XIV, 394).]

(7) Нужны ли отвес и весы, чтобы определить, является ли место невероятным и пустым, или великолепным и божественным? Я и сейчас не думаю, что сказал или мо-гу сказать нечто подобное: и не настолько безумен, но я хочу, чтобы люди поняли, что следует отпускать поводья красноречию и не стеснять полета таланта узкими пре-делами.

(8) «Но ведь есть разница между ораторами и поэтами». Как будто у Марка Туллия дерзновения меньше! Впрочем, его я оставлю в стороне; не думаю, чтобы здесь возможны были сомнения. А сам Демосфен, являющийся образцом и правилом для ораторов, разве он себя сдерживает и стесняет, когда произносит свое знаменитое: άνθρωποι μιαροι και κόλακες και αλάστορες7* [7* Люди гнусные льстецы, несущие про-клятие (Демосфен XVIII, 296).] или ου λίθοις ετείχισα την πόλιν ουδε πλίνθοις εγώ8* [8* Не камнями и не кирпичом оградил я наш город (Демосфен XVIII, 299).] и сейчас же: ουκ εκ μεν θαλάττης την Εύβοιαν προβαλέσθαι προ της ’Αττικης9* [9* Не поставил ли я со стороны моря Эвбею как оплот Аттики (Демосфен XVIII, 301).] и в другом месте: εγω δε οιμαι μέν, ω άνδρες ’Αθηναΐοι, νη τους θεους εκεΐνον μεθύειν τω μεγέθει των πεπραγμένων10*. [10* Я думаю, мужи афинские, клянусь богами, он опьянел от величия содеянного (Демосфен IV, 49).]

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector