ПОЛИБИЙ ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ стр. 8

рит то, что он использует это понятие в самых различных смыслах. Tyche направила все события в одну сторону, подчинив их одной цели: обеспечению мирового господства Рима, совершив тем самым прекраснейшее деяние (I, 4, 1 и 4—5) — здесь она выступает в качестве провиденциальной силы. В других случаях tyche выполняет роль справедливого судии 1 . Так, она справедливо покарала Антиоха III и Филиппа V, поступивших бесчестно по отношению к Птолемею Эпифану (XV, 20, 5—8). Tyche часто обращает кознипротивтех, кто их замышляет (XXVII, 5, 2).

Но она же может быть жестокой и несправедливой (XVI, 32, 5). Особенно подчеркивается непостоянство tyche (XI, 19, 5; XXIII, 12, 4—6; XXIX, 21, 3 и 5; XXX, 10, 1 и др.), которая то содействует людским начинаниям, то препятствует им (II, 49, 7—8; III, 5, 7; XI, 19, 5 и др.). Один раз даже, совсем как у Геродота, она названа завистливой (XXXIX, 19, 2). На примере Ахея Антиох познает неотвратимость ее ударов (VIII, 22, 10). Не так в других случаях: Гасдрубал Баркид, например, не раз успешно боролся с нею (X, 2, 10). Сципион Старший полагается не на tyche, а на собственное разумение (X, 7, 3). Это не удивительно, ибо речь идет, как и у Фукидида 2 , чаще всего об обычной случайности, стечении обстоятельств 3 : так, именно в тот день, когда Ганнибал подошел к Риму, один легион явился туда во всеоружии, а еще одному проводился смотр, и в городе оказалось достаточно войск (IX, 6, 5). Как раз в тот момент, когда посол Филиппа выступал перед родосцами, уверяя, будто его царь пощадил жителей Киоса, появился вестник с сообщением о продаже киосцев в рабство (XV, 23, 2— 4). Но, как подчеркивает Полибий, напрасно люди ссылаются на судьбу, когда терпят неудачи по собственному нерадению или недомыслию (I, 37, 3—4; XV, 21, 3).

В целом, как видим, tyche для него лишь красивый образ, о роли которого он судит весьма нечетко 4 . Об этом свидетельствуют и оговорки при ссылках на нее: «словно бы» (I, 58, 1; II, 2, 3; XVI, 29, 8 etc.), «как если бы» (II, 20, 7); «как будто» (XXIII, 10, 2; 16) 5 . Ясно лишь одно: при объяснении причин конкретных событий Полибий стремится найти рациональные основания происшедшего, и для tyche не так уж многоместа.

Кроме того, подобно Фукидиду, самое серьезное внимание Полибий уделяет экономическому фактору (II, 62, 2) 6 . Он указывает на трудности, возникшие у спартанцев из-за их автаркической хозяйственной системы (VI, 49, 6—10). Мягкость нравов и политическую цивилизованность турдетанисторик связывает с их богатством (XXXIV, 9, 3). Он подробно описывает благосостояние Италии (II, 15, 1—7; XII, 4, 7), Лузитании (XXXIV, 8, 4—10), упоминает о плодородии и многолюдстве Сардинии (I, 79, 5). Полибий указывает, что богатство может при умелом пользовании принести человеку большую пользу, но оно же может стать и причиной его гибели (XVIII, 41, 4). Как следует из Полибия, далеко не все интеллектуалы того времени понимали важность экономических вопросов (II, 62, 2; XII, 13, 9—11).

Говоря о войнах, Полибий указывает на различие между причиной (aitia), поводом (prophasis) 7 (медицинские термины 8 ) и началом (arche) (III, 6—7). Так, на примере Второй Пунической войны он указывает, что ее причинами были жажда реванша у Гамилькара Барки, бесчестный захват римлянами Сардинии и Корсики и, наконец, приобретение карфагенянами в Испании ресурсов для новой схватки с Римом. Поводом явилось взятие Ганнибалом союзного римлянам Сагунта, а началом — переход армией Ганнибала Ибера (III, 9, 6 слл.). Иногда Полибия упрекают в том, что эта схема слишком упрощает дело, да и сам он далеко не всегда пользуется ею 9 . Однако следует учитывать, что историк и не собирался выстраивать всеобъемлющую схему, которую должен применять во всех случаях — он заговорил об этом лишь потому, что некоторые историки, по его мнению, путали причины, повод и начало Второй Пунической войны (III, 6, 1—2; 8, 1). Поэтому речь и шла только об этих трех понятиях и отношении данных, а не предшествующих событий. Впрочем, эта схема работает и в отношении других войн (III, 7, 1—3; IV, 3, 1—2; 5, 8; 6, 1; XXII, 8), Нужно также иметь в виду слабую сохранность текста. Другое дело, что автор не всегда правильно выделяет главные и второстепенные причины, но это уже отдельный вопрос.

Какие же требования предъявляет Полибий к тем, кто пишет историю? Самое главное — следовать истине (I, 14, 6; II, 5, 2; XII, 12, 2; XVI, 20, 3; XXXVIII, 6, 8 и др.), что было сформулировано еще Фукидидом (I, 20, 3). Платоновская идея о «божественной лжи» 10 ему совершенно чужда, для него

1 Wallbank F. W. Polybius. Р. 63. 2 Немировский А. И. Уистоков исторической мысли. Воронеж, 1979. С. 62. 3 Wallbank F. W. Polybius. P. 62. 4 «Полибий не был философом, для которого точность в понятиях и терминах важнее всего» (Fritz К.

von. Ор. cit. Р. 396). 5 Ziegler К. Ор. cit. Sp. 1540. 6 Немировский А. И. Указ. соч. С. 58—59, 135. 7 Встречаются еще у Фукидида, хотя и в несколько ином понимании (I, 23, 6; Wallbank F. W. Polybius.

P. 158—159). 8 Илюшечкин В. Н. Эллинистические историки // Эллинизм: востокизапад. М., 1992, С. 293. 9 См., напр.: Wallbank F. W. Polybius. P. 158—159. 10 См.: Платон. Государство, III, 389b; V, 459 c—d.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector