ПОЛИБИЙ ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ стр. 374

они гонятся только за внешним успехом, падки до милостей и выгод, лишь бы добыть себе средства к жизни; однако долго распространяться о них не стоит. Иные приступают к занятию историей, по-видимому, серьезно, но ведут себя как врачи-книжники: долго поработав в книгохранилищах и вообще извлекши из книг множество сведений, они и сами стараются уверить себя, что вполне подготовлены к делу, и другие считают их располагающими для этого всем необходимым92.  (… )  Правда, весьма полезно вникать в предшествующие исторические сочинения, чтобы познакомиться с понятиями древних и представлениями их о некоторых странах, народах, государствах и мероприятиях, чтобы понять также превратности судьбы, раньше испытанные тем или другим государством. Изучение минувших событий во всех подробностях и в их истинном значении может дать руководящие указания относительно будущего. Однако было бы большою наивностью воображать, как Тимей например, будто этого одного знания достаточно для того, чтобы прекрасно описывать и последующие события: это походило бы на то, как если бы кто-либо, осмотрев картины старых живописцев, вообразил и себя самого искусным живописцем и знатоком дела.

25f. Проверка замечаний об истории на примерах. Сказанное теперь будет гораздо яснее из нижеследующего, из того, например, что встречается у Эфора в нескольких местах его истории. Так, в военном деле он, как мне кажется, имеет некоторое понятие о морских сражениях и совершенно несведущ в сражениях сухопутных. Поэтому если внимательно прочитать его описание морских сражений подле Кипра и Книда, данных полководцами персидского царя саламинцу Эвагоре93, а также лакедемонянам, то придешь в изумление от дарования и опытности писателя и вынесешь много полезных сведений о подобных предметах. Наоборот, когда Эфор повествует о битвах фиванцев и лакедемонян при Левктрах или о битве тех же противников при Мантинее, в которой кончил жизнь и Эпаминонд, когда при этом читатель остановится со вниманием на подробностях описания, на расположении войск и переменах в построении их во время самих сражений, то Эфор предстанет перед ним совершенно несведущим человеком до смешного и незнакомым с ходом таких сражений. Правда, битва при Левктрах, как простая и требующая от полководца напряжения способностей в одном только направлении, не изобличает невежества историка со всею очевидностью. Мантинейское сражение, напротив, было сложно и запутанно, и потому оказалось выше разумения нашего историка и осталось для него совершенно непонятным. Всякий может убедиться в том, если точно представляя себе тамошнюю местность, измерит описываемые Эфором движения войск. Те же ошибки встречаются у Феопомпа и особенно часты у Тимея, о котором теперь и идет речь. Пока они говорят о подобных предметах в общих выражениях, неведение их незаметно; но лишь только они вздумают излагать и доказывать что-либо со всею обстоятельностью, как тотчас проявляют совершенно те же слабости, что и Эфор (Сокращение ватиканское).

25g. Необходимость опытного знания для писателя. …Невозможно описать правильно военные события, если не имеешь никакого понятия о военном деле, равно как не может писать о государственном устройстве человек, сам не участвовавший в государственной жизни и в государственных отношениях. Так как буквоеды94 не могут ни о чем писать умело и живо, то сочинения их бесполезны для читателей. Действительно, если изъять из истории то, что может научить нас, то от нее останется ничего не стоящее и совсем бесполезное. Непременно получится то же самое, если кто-нибудь, не имея нужных для того сведений, вздумает подробно описывать города и страны; многое достойное, упоминания будет обойдено молчанием, и наоборот, многие неважные предметы будут описаны широковещательно. Тимею недостает собственных наблюдений, и потому онособенно часто впадает в такого рода ошибки (Сокращение ватиканское).

25h. Отсутствие этих знаний у Тимея. …В тридцать четвертой книге Тимей говорит, что он прожил в Афинах непрерывно пятьдесят лет чужестранцем, потому-то и остался, как всем известно, несведущим в военном деле и не осматривал самолично никаких местностей. Поэтому, если Тимей в своей истории касается военного дела или описывает местности, то неоднократно обнаруживает незнание и делает множество ошибок; а в тех случаях, когда приближается к истине, он напоминает живописцев, пишущих свои картины с набитых чучел95. Живость рассказа должна отличать историческое сочинение. И у них иной раз верно передаются внешние очертания, но изображениям недостает жизненности, они не производят впечатления действительных животных, что в живописи главное. То же самое наблюдается на Тимее и вообще на писателях, владеющих только книжною мудростью. Им недостает наглядности изложения, которая приобретается только собственным опытом писателя. Вот почему не могут вызвать в читателях настоящего воодушевления те историки, которые сами не воспри

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector