ПОЛИБИЙ ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ стр. 383

и в то же время наиболее удобным способом нападения для римлян, и сообразно тому принял меры. Софак в сношениях своих с Публием чуть не через каждого посланца высказывал свое решение, что если карфагеняне должны очистить Италию, то римляне пускай оставят Ливию, а относительно земель промежуточных каждой стороне оставаться при том, чем она к тому времени владела. Раньше7 Публий и слышать не хотел об этих условиях; теперь же через посланных он внушил нумидийцу слабую надежду на то, что предложение его может быть принято. Благодаря этому Софак стал гораздо сговорчивее и сношения с Публием вел охотнее, так что число лиц, посылаемых одною стороною к другой, увеличилось, и взаимные посещения участились; иногда посланные одной стороны оставались в противной стоянке по несколько дней без всякого надзора. Теперь Публий каждый раз отряжал вместе с гонцами-посредниками несколько человек ловких солдат, даже переодетых в рабов, в грязном убогом платье, дабы они могли беспрепятственно разыскать и осмотреть входы и выходы в обеих стоянках. Лагерей было два, один Гасдрубала, под начальством коего находилось тридцать тысяч пехоты и три тысячи конницы, другой нумидян. Этот последний отстоял от первого стадий на десять и содержал в себе около десяти тысяч конницы и тысяч пятьдесят пехоты. Нумидийская стоянка была доступнее Гасдрубаловой, и находившиеся в ней палатки могли быть очень легко подожжены, ибо нумидяне соорудили их, как только что сказано, не из дерева и земли, но единственно изтростника и соломы.

1.                 Коварство Сципиона в сношениях с Софаком. Весна уже приближалась, и Сципион разузнал относительно неприятельского стана все, что нужно было для осуществления замысла. Корабли свои он спустил на воду, на них поставил боевые машины, как бы собираясь напасть на Итику с моря. Пешими войсками, которых было у него около двух тысяч, Публий снова занял господствующие над городом высоты, старательно укрепил их и оградил канавою. Неприятелю он старался внушить мысль, будто меры эти принимаются ради осады, на самом же деле ему хотелось иметь прикрытие для своих воинов на случай задуманных действий, дабы гарнизон Итики, заметив выход римских войск из стоянки, не дерзнул по выступлении их из города напасть на лежащий вблизи римский лагерь и запереть охраняющее его войско. Пока шли эти приготовления, Публий посылал спросить Софака, примкнут ли и карфагеняне к их соглашению в случае принятия предложений Софака, или потребуются новые переговоры об условиях соглашения. При этом он наказывал послам не возвращаться к нему без утвердительного ответа на предлагаемый вопрос. Речи послов убедили нумидийца, что Сципион серьезно ищет мира. Он заключал так из наказа Сципиона послам не возвращаться к нему без ответа и из его опасений насчет согласия карфагенян. Вот почему Софак тотчас дал знать Гасдрубалу обо всем происходящем и старался склонить к миру и его, а сам беззаботно проводил время и дозволял прибывающим из городов нумидянам разбивать свои палатки вне стоянки. Повидимому, и Публий вел себя точно так же, а на самом деле он с величайшим рвением принимал дальнейшие меры. Между тем карфагеняне уведомили Софака о своем согласии на принятие мирных предложений. Преисполненный радостью, нумидиец сообщил об этом римским послам, которые немедленно отправились обратно в свою стоянку оповестить Публия о том, что сделано царем. При этом известии римский военачальник приказал послам идти немедленно к Софаку и объявить ему, что, хотя Публий и согласен принять условия и жаждет мира, но члены военного совета настроены иначе и требуют продолжения войны, что и было объявлено нумидийцу возвратившимися послами. Сципион отправил послов во избежание нареканий на вероломство, если бы неприязненные действия пришлось ему открыть во время переговоров о мире. Напротив, теперь еще после приведенного выше заявления Публий находил свое поведение безупречным, что бы там ни случилось.

2.                 Ответ Публия огорчил Софака, так как надежды его на мир оказались преждевременными. Софак отправился на совещание к Гасдрубалу и сообщил полученный от римлян ответ. Долго судили вожди, не зная, что предпринять в будущем, не догадываясь о предстоящей опасности и не думая о мерах к предотвращению ее. Действительно, они вовсе не помышляли ни о самозащите, ни о возможности какой-либо беды; скорее они горели желанием начать наступательные действия и вызвать неприятеля на равнину. Между тем подготовительные действия и распоряжения Публия имели для войска такой вид, как будто он собирался овладеть Итикою с помощью измены. Однако к полудню Публий позвал к себе способнейших и надежнейших трибунов, открыл им свой план и приказал после вечерней трапезы в обычный час выводить войска из стоянки, когда по обыкновению все трубачи разом играют сигнал. У римлян существует обычай, по которому все горнисты и трубачи8 в час вечерней трапезы играют сигнал подле палатки консула, потому что тогда ночная стража размещается по своим постам. За

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector