ПОЛИБИЙ ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ стр. 499

правлено было посольство с Публием Лицинием * во главе. Нелегко сказать, какими полномочиями снабдил своих послов сенат, хотя нетрудно угадать это по событиям позднейшим, которыми вопрос о полномочиях послов вполне разъяснится.

1.                Послы от родосцев в Риме. Прибыли в Рим и послы от родосцев, сначала посольство Филократа, за ним Филофрона и Астимеда. По получении ответа, который дан был посольству Агеполида тотчас после сражения, родосцы поняли, что сенат раздражен на них и гневается15, почему и поспешили отправить помянутые выше посольства. Из того, как принимал их сенат и отдельные граждане, Астимед и Филофрон с товарищами усмотрели недоверие римлян и враждебность в отношении к родосцам, что повергло послов в полнейшее уныние, и они не знали, как помочь себе. Когда один из преторов16, взошедши на трибуну, стал возбуждать народ к войне с родосцами, послы в страхе за судьбу отечества потеряли окончательно самообладание и пришли в такое отчаяние, что облеклись17 в траурные18 одежды и в беседах с друзьями не прибегали более к каким-либо увещаниям или просьбам, только со слезами на глазах молили о пощаде19. Однако несколько дней спустя народный трибун Антоний ввел их в сенат20. В сенате говорил сначала Филофрон, потом Астимед. Когда они спели, как гласит поговорка, лебединую песню21, то услыхали ответ, который, казалось, избавлял их от подавляющего страха22 войны, но в котором они выслушали все-таки от сената жестокие и тяжкие укоризны по отдельным делам. Смысл ответа был приблизительно таков: если бы не вмешательство нескольких друзей из римлян и больше всего самих послов, то сенаторы прекрасно знали бы, как им поступитьс родосцами23.

2.                Что касается Астимеда, то сам он находил свою речь24 в защиту отечества очень хорошей, хотя совсем не угодил ею эллинам, ни тем, которые теперь прибыли в Рим, ни жительствовавшим в Риме. Впоследствии свою защитительную речь он изложил письменно и издал; в этом-то виде она и показалась большинству читателей несообразною и несколько неубедительною. В самом деле, защита его состояла не столько из доводов в пользу родосцев, сколько из обвинений против всех прочих народов. Сопоставляя и оценивая услуги народов и помощь, какую они оказывали римлянам, Астимед старался извратить и умалить то, что сделано другими, а деяния родосцев преувеличивал и превозносил, насколько только мог. С другой стороны, ошибки прочих народов он осуждал злобно и язвительно, заблуждения родосцев старался смягчить, дабы соотечественники при сопоставлении с другими народами оказались маловиновными и заслуживающими снисхождения, а вины других непростительными и тяжкими, — и тем не менее все виновные, говорил он, помилованы. Такой способ защиты никак нельзя считать приличествующими государственному мужу. Так, мы не воздаем похвалы людям, которые страха или корысти ради доносят на своих соучастников в каком-либо тайном заговоре; напротив, тем мы сочувствуем и тех считаем прекрасными людьми, которые выдержали всякую пытку и наказание, лишь бы не вовлечь в ту же беду кого-либо из прочих соучастников. Как же мог не вызывать негодования в каждом, кто узнавал о том, такой человек, который из суетного страха перед власть имущими обличал все прегрешения прочих народов и в памяти владычествующего народа возобновлял такие события, которые от времени пришли даже в забвение?

2.                 Радость родосцев по получении известия о решении сената. С упомянутым выше ответом Филократ и товарищи его немедленно отплыли из Рима, а посольство Астимеда осталось на месте для того, чтобы следить, как бы не укрылись от родосцев какие-либо действия или речи, направленные против их отечества25. Когда ответ сената был получен на Родосе, жители его почувствовали себя избавленными от величайшей опасности, опасности войны, — посему другую, как ни была она тягостна, сносили уже легко: так всегда мысль о большем бедствии вытесняет из памяти людей меньшие невзгоды. Поэтому тотчас определили родосцы изготовить для Рима венок в десять тысяч золотых26 и в начале лета отправили его с послом Теэтетом, выбранным также в начальники флота; вместе с Теэтетом отправлено было другое посольство с Родофонтом во главе, коему поручено изыскать все меры к заключению союза с римлянами. Родосцы поступали так во избежание одной из неудач27 — с определением о венке или с посольством — на тот случай, если римляне не согласятся на их просьбу; теперь испытать римлян должен был начальник флота по собственному почину, ибо согласно законам он имел на это право28. Мудрость родосской политики воздержания от союзов. Управление родосцев было так мудро, что в течение чуть не ста сорока лет29 народ родосский участвовал в самых доблестных и славных подвигах римлян, не заключая, однако, с ними союза. Почему

* Публий Лициний Красс.

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector