ПУБЛИЙ ВЕРГИЛИЙ МАРОН    ЭНЕИДА    стр. 71

Я убежал, сознаюсь, от уз ускользнул и от

смерти

[1.35] в тинистом озере я, в тростнике

утаенный, сокрылся
Ночью, пока паруса будут подняты (если

подымут!).
Нет больше мне никакой надежды увидеть

отчизну

Древнюю, милых детей, отца, желанного

столько;

С них, вероятно, они за наш побег отомщенье
[140] Взыщут и эту вину злополучных смертью

искупят.

Вышними так я тебя божествами, что ведают

правду,

Верой, если для смертных где-нибудь что

в ней осталось
Неколебимым еще! – заклинаю: над

бедствием сжалься
Столь великим, над жизнью, терпящей не

должное, сжалься”.
[145] Этим слезам мы даруем жизнь и еще

сострадаем.

Наручни первый с него велит снять и жесткие

узы

Приам сам и ему говорит дружелюбные речи:

Предыдущая Начало Следующая  
Оцените статью
Adblock
detector